Она отступила от него, потрясенная резней, которую он устроил с такой небрежной легкостью. С чувством отвращения она вытащила лезвия из их жертв, отвернувшись, пока вытирала с них густую, скопившуюся кровь.
Моурндарк стоял на возвышении, глядя на жезл, словно тот тоже собирался напасть на него. Что это? — спросил он воздух. Я должен знать эту вещь. Он наклонился над ней: внутри не было света, но он уловил звук, слабое гудение. Он протянул руку над ней, не касаясь ее, но она не была ни теплой, ни холодной. Осмелюсь ли я взять ее?
Денновия ворвалась в его мысли, стоя у его локтя с тремя клинками. Он взял их у нее и поцеловал в тайном ритуале, который вызвал у нее тошноту даже больше, чем сами убийства. Моурндарк отреагировал так, словно его ужалили, уставившись на свои клинки. Они завибрировали, и, когда они это сделали, он почувствовал тягу стержня. Так вот, именно этот предмет притягивал их, понял он.
Что такое стержень? — спросила Денновия. Это важно?
Четыре вооруженных стражника так думали. Здесь, в самом сердце их крепости, где вряд ли можно встретить врага, все же Возвышенный счел нужным поставить там вооруженную охрану.
Но что это? Что оно делает?
Он уставился на стержень, завороженный им. Мы узнаем.
Она убирала лезвия обратно в коробку, а он не сделал ни единого движения, чтобы остановить ее. Нам лучше уйти…
Подожди! — рявкнул он, чувствуя, что она собирается вернуться к ступеням. Он схватил ее за руку и притянул к себе. Их глаза встретились, и она поняла, что по какой-то причине он хотел причинить ей вред. В его глазах не было любви, и теперь, больше, чем когда-либо, она знала, что он никогда не любил ее, никогда не сможет полюбить другое существо. Этого не было в нем. Он жаждал власти, как наркоман. В его сердце не было места ни для чего другого.
Подними стержень, — сказал он таким тихим голосом, что она едва не пропустила слова, хотя похоть в его голосе делала его более густым.
Она попыталась вырвать руку, но он не отпускал ее. Его хватка сжималась, перекрывая приток крови к ее пальцам. Он заставил ее руку опуститься к стержню. Подними его! — выдохнул он.
Нет! Не заставляй меня это делать!
Резким движением он сунул ее руку на стержень, его глаза сузились, когда он наблюдал за ее реакцией, его лицо было в дюймах от ее лица, он высматривал признаки агонии. Ее пальцы автоматически сомкнулись на стержне, потянулись к нему, но она не почувствовала боли.
Это всего лишь кусок стали, — тихо сказала она, но что-то глубоко внутри нее кричало, что это нечто гораздо большее.
Моурндарк посмотрел вниз, увидев ее невредимой. Затем он прижался губами к ее губам, свободной рукой притянув ее к себе. Она хотела освободиться, оттолкнутая его поцелуем, словно изнасилованная им. Но в мгновение он все равно оттолкнул ее, хотя и не раньше, чем вырвал стержень из ее руки. Он стоял, держа его перед собой. Он ничего не чувствовал. Это было, как она и сказала, просто сталь, простой стержень.
Денновия отступила, глядя на него с новым ужасом. На мгновение она подумала о ножах, о попытке убить его здесь и молить о пощаде Эзотериков. Но со ступеней позади нее раздался крик. В комнату вплыли три таинственные фигуры. Их лица, обычно такие безмятежные, были ужасны: они видели Моурндарка, стоящего у помоста с жезлом. Каждый из Эзотериков посмотрел на жезл так, словно это был драгоценный предмет, который собирался разбить сумасшедший.
Моурндарк сразу заметил их беспокойство и поднял жезл, размахивая им как оружием. Держись на расстоянии! — прорычал он.
Они застыли, готовые повиноваться ему. Когда хватка Моурндарка сжалась на стержне, он почувствовал, как он нагревается от его прикосновения. Из ящика, где хранились его клинки, раздался слабый гул, и стержень ожил. Он понял, что внутри него заперта сила. Это, должно быть, какая-то важная реликвия нации Земляных.
Первый из Эзотериков увидел убитого Возвышенного, не в силах скрыть своего потрясения. Чего ты хочешь?
У меня есть то, что я хочу, — сказал Моурндарк .
Верни жезл власти на возвышение, и тебе будет дано все, о чем ты попросишь. Тебе нужно только назвать это. И тебе будет дана свобода. Если ты этого не сделаешь, гнев Возвышенного обрушится на тебя…
Я не думаю. Он слишком занят. Я понимаю, что он на Собрании. Ваши залы пусты, ваши товарищи заперты в своих работах. Берегите дыхание и не отрицайте этого.
Кто тебе это сказал?
Можешь ли ты отрицать это? — воскликнул Моурндарк , угрожающе размахивая жезлом.
Эффект на Эзотериков был мгновенным, и они кивнули ему, ошеломленные. Да, да. Вы не должны прерывать Собрание. Возвышенный находится в общении с самой Омарой. Он говорит с землей, с ядром. Скажите нам, чего вы желаете.
Я узнаю больше об этом стержне. Я знаю, что у него есть сила, — сказал он им. И я буду его использовать. Но что это? Кто его сделал? Кто?
Это жезл Орхунга, последнего из Вервотчей.
Я ничего не знаю ни о том, ни о другом. Объясните.
