С рождения она скрывается в надежде сохранить свою жизнь. Много веков клан Игнатовых истребляет её род. Она последняя. Безысходность или судьба забрасывают её в глушь к стае сибирских волков. Будет это её спасением или концом?
– Отец, почему я должна уехать?! – воскликнула Василиса, стоя посреди комнаты, скрестив руки.
– Вась, ты не хуже меня понимаешь, что моих сил уже недостаточно, – тяжело вздохнул Александр, собирая и так немногочисленные вещи. Они уже не раз обсуждали этот вопрос, но не могли прийти к единому мнению. Однако Александр знал, что дочь его послушает, как бы ни противилась.
– Я не хочу ехать непонятно куда и быть под присмотром неизвестной мне стаи. Откуда ты знаешь, что им можно доверять?! Да и к тому же, мне тут нравится, – насупилась девушка. Она не хотела уезжать. Это место хоть и отдалённо, но напоминало родные края.
Негодованию Васьки не было предела. Они и так всю жизнь перебирались с места на место, потому что за ней велась охота стаи Игнатова. Чёртовы шавки с юга центральной части страны. Её приёмный отец, таковым она считала Александра Гридина, воспитывал её с ранних лет. Он был лучшим другом родителей Василисы и когда их убили, забрал девочку к себе.
– Так ты не хочешь в очередную глушь или тебя беспокоит то, что ты будешь гостем в незнакомой тебе стае? – в насмешке поднял бровь Александр.
Васька захлопала глазами и выпалила:
– Глушь меня не пугает, а вот неизвестная стая… – уже под конец, бубня себе под нос, надула щёки, как всегда, это делала, если начинала злиться.
– Не волнуйся, – улыбнулся Александр. – Им можно доверять. Я знаю этих людей очень давно. И вдруг там ты встретишь свою Пару, – лукаво прищурившись, сказал он.
– Пф… больно надо, – фыркнула девушка.
– А почему, собственно, нет? Волкам этого не избежать. Рано или поздно встреча состоится. И я бы предпочёл, чтобы это был стоящий альфа из хорошей семьи. Свою девочку, я кому попало не отдам.
– Но ты ведь живёшь без пары! – эмоционально возразила Василиса, а потом уже сдавленно добавила. – Из-за меня…
– Ребёнок, я не альфа, у меня нет истинной Пары. Я волен сам выбирать, – улыбаясь, говорит Александр.
– Ну и что… из-за меня ты не смог создать свою семью…
– Я сам выбрал это и ни о чём не жалею, а ты и подавно не должна жалеть об этом, и уж тем более винить себя. Я взрослый человек, который сам осознанно принимает решения в своей жизни. Так что? Договорились?
– Угу… Но я всё равно не хочу расставаться с тобой!
Александр тепло улыбнулся и подошёл к ней, чтобы обнять своё нерадивое дитя.
– Не волнуйся и ничего не бойся. Я всегда буду на связи. Тебе там понравится, вот увидишь. К тому же там действительно прекрасное место. Стоит только оказаться там, стоит только увидеть и ты почувствуешь…
– В глуши-то? – скептически приподняла бровь девушка.
– Ну это только на годик, может два, там как пойдёт. А так эта семья живёт в Новосибирске.
– И всё равно я не хочу уезжать от тебя, отец, – прошептала Васька, крепко прижимаясь к груди своего опекуна, который был сильным бета-волком, бывшим солдатом, поэтому им и удавалось так долго скрываться и жить в относительном спокойствии и безопасности.
– Боги, детка, мы же не навсегда прощаемся. Это временная мера. Что за уныние? – мягко улыбаясь, спросил Александр.
– Я буду там одна… – шепча ему куда-то в грудь, сказала Васька.
– А вот здесь ты не права. Возможно, именно там ты сможешь обрести настоящую семью или по крайней мере увидишь, что это такое.
– Ты моя семья, – возразила омега.
– Не спорю, но согласись, родитель из меня вышел никудышный.
– Да, наверное…
– Эй! Вообще-то ты должна была сказать: «Отец, что ты такое говоришь?! Ты прекрасно справился!»
– Ага, счаз…
– Ах, засранка! – рассмеялся он. – Давай, собирай вещи.
—
Стая Дмитрия Волкова сидела у костра поздно вечером. Дима в задумчивости смотрел на огонь, на искры, что разлетались в разные стороны от потрескивающих поленьев, и казалось, ничего не замечал вокруг. Не слышал ни шелеста листвы, ни уханья совы, ни весёлых разговоров своей стаи. У него было предчувствие, волк был взволнован, а это бывало редко и всегда чёрт возьми метко. И тут раздаётся телефонный звонок. Дима смотрит на экран смартфона и видит номер отца, и это как будто подтверждает его опасения. Отец Дмитрия, Григорий Волков, никогда не звонил просто так. Это всегда было по делу, значит, и этот раз не станет исключением.
– Отец.
– Привет, сын. Завтра я приеду вместе с мамой, и мы кое-кого привезём, – быстро и чётко говорит Григорий Антонович.
– Кого? – спрашивает Дмитрий, в голосе которого слышатся раздражительные нотки. У него формирование стаи в самом разгаре, незваные гости ему сейчас ни к чему.
– Омегу, – коротко отвечает отец.
– Отец, ты охренел?! У меня формирование стаи! Мне вот только омеги здесь не хватало! – возмущается Дима. – Ты хочешь, чтобы мои свободные пацаны с ума посходили?! – про себя Дима даже уже не то, чтобы говорит, даже не думает.
– Ничего с твоими пацанами не случится. Лишний повод потренировать выдержку, – всё также спокойным и ровным тоном говорит Григорий Антонович.
