– Меня? – удивился Федор. – Чего так? По-твоему, я чего-то не понимаю? Время – деньги, у меня нет возможности терять его на всякие глупости. Хочешь – пошли, не хочешь – до свидания.
– И я так понимаю, многие хотят? – прищурила глаза Маргарита.
– Жалоб нет, – улыбнулся он.
– И в личной жизни по-быстрому все хорошо получилось? – продолжала допытываться она.
– А это уже удар ниже пояса. Знаешь, что не так, и теперь меня упрекаешь? А как же профессиональная этика?
– А чем я ее нарушаю? Я кому-то что-то рассказала? Я отвечаю на ваше «по-быстрому», предложенное мне, между прочим!
– Я и не думал предлагать! – фыркнул Федор. – На кой мне сдалась тетка со скверным характером? Я предположил чисто гипотетически, как бы могло быть при определенных условиях.
– А у вас характер как?! Отношение к женщинам нормальное?
– А бабы во мне ценят не характер, – парировал Федор.
– А что? Деньги? И сногсшибательную внешность? – продолжала заводиться Маргарита.
– Что, заметила? И ее тоже!
– Не все можно купить, и уж многие вещи в жизни нельзя делать по-быстрому, – сказала она.
– Как показала практика – все и всех, только зависит от потраченного времени и суммы. Времени у меня нет, поэтому просто приходится раскошеливаться, – ответил ей Федор, прожигая взглядом.
– Никогда не купили бы меня!
– Я сейчас откажусь хоронить твоих подружек! Терпеть от скверной бабы оскорбления? Зачем мне это надо?!
– А пошел ты… к едрене фене, пока я такому красавцу не подбила второй глаз для симметрии! А то не очень смотрится! А так будешь похож на панду! – И Рита, совершенно неожиданно для себя, что есть силы долбанула его букетом белых роз по лицу. Она сама не понимала, почему самодовольное лицо Федора вызывало у нее такую реакцию. Она была готова его убить. Вообще до встречи с ним она не замечала за собой таких вот неконтролируемых приступов агрессии.
Воцарилась весьма тяжелая пауза, а потом… потом мертвенно-бледное лицо Федора вдруг стало на глазах покрываться кроваво-красными точками, словно горошинками. То острые шипы роз проткнули кожу его лица.
– Да ты маньячка! – оторопел он. – На тебя в полицию заявить надо! Выдержанный психолог! Лучшая из лучших! Хоть кто-то после приема у тебя остался жив, если его жизненные принципы расходились с твоими?! Я с ума сойду!
– Давай заявляй в полицию! Заявляйте моему начальнику, что я хреновый психолог! Что я никчемная баба! Приплатите денег, чтобы меня вообще уволили! Как вам идейка?! А?! Только сделайте милость – уйдите по-быстрому, и чтобы я больше никогда вас не видела! Никогда в жизни! – Рита даже побагровела от охватившей ее ярости.
Федор вытер с лица кровь и пошел, процедив сквозь зубы:
– Одинокая, изголодавшаяся, злобная фурия!
– Да! Одинокая! Потому что вокруг такие вот самодовольные самцы! Будь ты неладен! – закричала ему вслед Маргарита и в последний раз посмотрела на его широкую удаляющуюся спину.
После этого Маргарита плюхнулась обратно в кресло и зарыдала, прижав к себе розы. Она-то понимала, в чем причина ее ярости. Она по уши влюбилась в него, сама даже не зная, как это получилось. В самого неподходящего типа на земле!
И ей нет места в жизни Федора, она знала, что он женат, а для Риты это означало – табу. И зря он к ней пришел, что называется, при свете дня и она смогла разглядеть его… Лучше бы так и оставался темным призраком, подарившим ей тепло и поддержку в той яме.
Лучше, конечно, не знать, сколько в наше время могут стоить похороны, лучше и не хоронить никого никогда, но рано или поздно так или иначе приходится это делать каждому человеку. Вот и Маргарите пришлось узнать расценки, и сразу же волосы зашевелились на голове от нехороших мыслей. Если хоронить далеко от Москвы, то выходило дешевле, но как туда добираться? Да и дорога получалась дороже, так что экономия была еще та… Содержание в морге, аренда катафалка, выкуп земли, могила, венки… Боже мой, гробы! Они стоили, словно были обиты золотом. А Маргарите надо было похоронить двоих, и вместо скидки цены везде взвинчивались еще больше. Дело в том, что найти не очень далеко от Москвы свободное место вообще непросто, а чтобы было два места рядом, еще сложнее. Стоило это очень дорого.
Рита сняла все свои сбережения и заложила всё свое золото, немногочисленное, но все же, в ломбард. И ей все равно не хватало. Федор как сказал, что не будет помогать при таком отношении, так и выполнил, все-таки она довела его. Больше она его не видела. Думать о нем иногда, чаще, чем хотелось, думала, не всегда хорошо, нельзя было ее вот так бросать в таком состоянии, не по-мужски это…
