– А твой шеф Лев Валерьянович еще будет здесь? – спросила Антонина, обращаясь к Маргарите.
– Он вроде никуда не собирается, а ты что, теперь к другому хочешь перекинуться? Взять шефство над моим бедным и тоже чудом выжившим шефом? – ответила Маргарита, смеясь.
– Да мне, может, нравятся все, кого ты навещаешь! Пунктик у меня такой! И если один уворачивается от опеки, то остается другой, – тряхнула головой Антонина.
– За это и выпьем! Аминь! – сказал Федор.
– Хорошо его тряхнуло, вашего Льва Валерьяновича. Так и не помнит ничего, но память не сразу восстанавливается, я имею в виду мозги, кость быстрее срастется, – вздохнула медсестра. – Значит, он пока нас не покидает?
– Лев Валерьянович сказал, что ему здесь нравится, и не всё он помнит, чтобы на работу выходить, – ответила Маргарита. – Я подозреваю, что шеф вообще ничего не помнит и рассчитывает, пока память полностью не вернется, отлежаться в больнице.
– Поэтому я тебя, Рита, приглашаю поехать вместе со мной. Тебе обещали отпуск, шеф твой всё равно не в себе. А меня ты очень здорово поддерживаешь, – совершенно неожиданно предложил Федор.
Маргарита даже колбасой подавилась.
– Ку… кхе… куда я поеду? Ты мне ничего не говорил!
Антонина пихнула ее локтем, пролив при этом коньяк.
– Не будь дурой! С ним можно и на край света! Сразу говори – согласная я!
– Это ты у нас согласная, а я…
– Гласная, – передразнила ее Антонина и задала риторический вопрос: – Что мужики в стервах находят? Нет бы взять милую, добрую, домашнюю женщину и радоваться жизни с ней!
– А кто у нас милая домашняя женщина? – удивленно спросила Маргарита.
– Девочки, не ссорьтесь, вы нам всякие важны… и как там?.. Нужны! Мне прописан санаторий, вот я и прошу тебя поехать со мной, я еще не решил – в Германию, в Штаты или Израиль. Мой личный врач узнает, где лучшая реабилитация для позвоночника. Мы будем с тобой общаться, наслаждаться красивыми видами… Изумительно питаться в ресторанах и кафе.
Кусок колбасы предательски выпал изо рта Антонины:
– Личный врач… А личной медсестры вам не надо?
Федор рассмеялся:
– Ты, что ли, набиваешься?
– Ну, а кто ж? Меня лучше бери! Ты посмотри на нее, какая субтильная! Она тебя и не поднимет, и не перевернет! Да еще с гонором таким, а уж я-то на всё… – загорелись глаза у Тони.
– Так я ее не сиделкой беру, – улыбнулся Федор.
– А кем ты меня берешь? – закинула ногу на ногу Маргарита. – Хотелось бы прояснить ситуацию сразу.
– Компаньонкой.
– Откроешь новый бизнес для нас? – уточнила она.
– Моей девушкой, – снова улыбнулся Федор.
– Для девушки я старовата.
– Моей женщиной, – быстро согласился он.
– Не горю желанием, ты же знаешь. Да если честно, уже и забыла, каково это.
– Вот и вспомнишь! – Тоня пролила на нее очередную порцию коньяка и вернулась к интересующей ее теме: – Так как насчет медсестры? С вами уж всё понятно, а вот мое будущее остается еще туманным!
– В санаториях полным-полно и медсестер, и медбратьев, и вообще обслуживающего персонала, – ответил Федор, разводя руками.
– Так русских-то не будет! С широкой русской душой! Это при ваших-то деньгах и связях! Вы же можете поставить условие, что с вами будет свой человек?
– Русских не будет, это точно, – задумался Федор, весело глядя на уже раскрасневшуюся Антонину.
– А уколы я ставлю лучше всех! Двадцать лет в отделении! Да я и в реанимации несколько лет отпахала! Куда там этим немецким медсестричкам до меня! Я в штормовых условиях в вену попаду! – расхваливала свои таланты Тоня, коими обладала в полной мере, никто даже не сомневался.
– Надеюсь, что условия там не штормовые, – уже хохотал Федор. – А еще тебя можно и телохранительницей сразу взять.
– Можно! Ты же уже видел! Если какая поклонница к тебе полезет, так в бараний рог согну! Кстати, Рита, и ты за меня похлопочи, в твоих же интересах – ни одной бабы до его тела не допущу! Весь твой будет! – стрельнула Тоня глазами в Маргариту.
– И то верно! Надо подумать, – согласилась Маргарита.
– Семьи у меня нет, но имеется сын, ему уже за двадцать – своей семьей живет, – продолжала расхваливать себя медсестра. – Я идеальный вариант! Неприхотлива, аккуратна, педантична!
– А муж где? – еле сдерживал смех Федя.
– Так известно где – помер уже давно! – сказала Антонина, словно это было само собой разумеющееся.
– Наверное, от хорошего ухода? – уже в голос смеялся Федор, держась за живот.
– От пьянки, – смутилась Антонина.
– От нее разве живым уйдешь? Понятно, что только вперед ногами, – вторила Рита.
Тоня была чуть выше среднего роста и такая полная, что была похожа на шар. Добрые круглые глаза, румяные сдобные щеки и шапка кудрявых волос еще больше округляли ее силуэт. Крепкая большая женщина с быстрой походкой и размашистыми движениями.
– А сколько тебе лет? – спросил Федор.
