Для себя Ночка облюбовал тихий уголок возле дверей кладовки со спортинвентарем. Там он играл в телефон и почти неосознанно следил, как волна голосов утихает, ученики расходятся, а школа приобретает особое гулкое очарование пустых широких коридоров, где редкие шаги напоминают перекатывание последних конфет в жестяной банке.
В тот раз Ночка снова соврал о репетиторе, и День с Кощеем, пожелав удачно поботанить, направились к гардеробу. Ночка же отправился в свой закуток. Лишь бы не домой – он все еще демонстрировал родителям, как сильно на них обижен.
Но угол оказался занят.
Ром услышал всхлипы еще на подходе. Он хотел было раздосадованно уйти – вот еще, утешать девчонку! Однако любопытство победило, и Ночка решил по-быстрому взглянуть на плаксу.
Он поднялся по лестнице – и опешил.
На подоконнике примостилась Жар-птица и не стесняясь рыдала, чисто по-девичьи размазывая по лицу слезы.
Растерявшись, Ночка первым делом подумал о Фениксе. С ним что-то случилось? Давно он не встречал его, кстати. Версию, что кто-то обидел саму Мари, Ром даже не рассматривал. Жар-птица не нуждалась в защите – она сама могла выцарапать глаза противнику и пару раз реально дралась с девчонками. И с мальчишками, кажется, тоже. Но победами не хвасталась, зато Феникс, если до него доходили слухи, гордо пересказывал их Дружине, добавляя, словно это он учил ее боевым искусствам: «Молодец сеструха! Так и надо!» – хотя сам сроду и мухи не обидел.
– Мари? – не своим голосом окликнул Ночка подругу.
Жар-птица прерывисто вздохнула, глянула на Рома и прохныкала:
– Стекло в классе разбила.
Ночка облегченно выдохнул.
– Ну ты даешь! – выпалил он в сердцах. – Разве можно так пугать! Дурында!
Жар-птица упорно наматывала сопли на кулак, и Ночка добавил уже спокойнее:
– Ладно, с кем не бывает…
Но Мари больше не смотрела на него, отводила взгляд в сторону. Она была некрасивой в слезах, даже отталкивающей, и Ночка совсем смутился.
Семья у Долгополовых была нормальной – поймут и простят. Да и тетка – завуч, наверняка замнет происшествие. Хотя, может, у Мари стряслась еще какая-то беда, а стекло просто оказалось последней каплей? Да, давно все-таки Ром не видел Феникса. Тот пока только учился совмещать техникум и работу в школе, и свободного времени у него не оставалось, но, может, он пропал из виду по другой причине?
Словно прочитав мысли друга, Жар-птица прохлюпала:
– Только брату не говори.
Ночка нахмурился. Странно все это. Но перед ним плакала его дружинница. Разве можно было это так просто оставить? Хотя чем помочь, он тоже не знал.
– Тебе денег на стекло надо? – неуверенно предложил он и хотел добавить, что подумает, как это треклятое стекло вставить, но Жар-птица уже улыбалась, будто только и ждала, когда он предложит помочь рублем. Ночку ее счастливая улыбка неприятно покоробила. Да, деньги у Рома водились, родители щедро снабжали его карманными, а тратил он их разумно. Но Жар-птицу Ночка считал своим другом, а в Дружине добивался равенства с остальными, желая, чтобы его любили просто так, а не из-за корысти. – Только стёкла я вставлять не умею. Кто этим займется? – спросил Ночка уже суше.
– Коля вставит, – тихо ответила Жар-птица.
И вдруг вздохнула сокрушенно и разрыдалась пуще прежнего, спрятав лицо в ладонях.
– Ну что еще? – устало спросил Ночка и дружески потрепал Мари за коленку. – Гюльчатай, открой личико! Давай выкладывай начистоту, что у тебя произошло?
– Это не я разбила стекло, а Коля, – прорыдала Жар-птица. – Отец у него такой! Ты бы видел! У-у-у! Рычит вечно на Кольку, а за стекло точно убьет!
Ночка подтянулся на руках и сел на подоконник рядом с подругой. Ей бы сейчас дать платок, но у него самого не было.
– Просто ты ведь не знаешь Кольку, – прошептала Мари, всхлипывая. – С чего тебе ему помогать? Вот я и решила соврать… Это так мерзко! Я пойму, если ты теперь откажешься…
– Он твой друг? – тихо спросил Ночка.
Жар-птица искоса глянула на него и прошептала:
– Ага.
А потом вдруг покраснела.
Ночка невольно подумал, что раньше Жар-птица только дружинников считала настоящими друзьями. А парни шутили, что она Маугли, воспитанная волками.
Но Жар-птица выросла.
Хотя она была всего лишь на год младше, в Дружине привыкли считать ее мелкой. И Ночку даже кольнула ревность. Что это за Колька, которого она выбрала?
На Рома тоже заглядывались многие девчонки. Но сам он не спешил вступать в отношения. И на это у него были причины.
