- Не думай об этом, как о своей проблеме, Ро. Я позвонил тебе лишь потому, что мне просто надо было пожаловаться кому-то на свою жизнь, но я не собирался перекладывать все это на твои плечи. Будем жить сегодняшним днем. Как сказал мне Серый – прорвемся! В любом случае, спасибо за моральную поддержку. И спасибо мелкому за совет. Когда разгребусь со всем этим, обязательно к вам заеду и отблагодарю его лично.
- Скоро годовщина Густава, - напомнила Аврора.
- Да, я знаю.
- Вот тогда и заезжай. Съездим вместе к нему. Я малого возьму. Большой уже! Пусть знает, в чью честь его назвали.
- Съездим! – согласился Максим. – Если Дальский меня к тому времени не закопает.
- Уверена, ты сможешь договориться с ним, если захочешь.
Максим скривился.
- Боюсь, его даже грузовик шоколадок не проймет.
- Тогда пойди на уступки. Дай ему хоть что-нибудь, чтобы немного смягчить его сердце.
- Не могу, Ро! В том-то и дело! Я не могу дать ему то, что он хочет!
- Тогда ты потеряешь его.
- Нечего терять, Ро! Мы друг другу никто!
- Тебе виднее, Макс. Тебе виднее.
- Как бы там ни было, я был очень рад тебя слышать. Передавай мальчишкам привет.
- Передам. Пока, Макс! И… Держись.
- Пока, Ро!.. Держусь.
После разговора с Авророй Максим несколько приободрился. Чуть отдохнул и прозвонил еще парочку клиентов. Посюсюкался с ними и решил, что больше ничего сделать не сможет. К воскресному вечеру он был сильно вымотан как морально, так и физически, но надеялся, что теперь, когда защитные меры приняты, ему удастся избежать саботажа. Укладываясь в кровать, он даже наивно понадеялся, что злой Дальский перебесился за неделю и забыл об их ссоре, но его надеждам на мирное урегулирование конфликта не дано было сбыться.
В понедельник с самого утра в ресторан Клуба, а также в несколько других гастрономических заведений, принадлежащих Максиму, явились с проверкой, как предвестники апокалипсиса, вездесущие санинспекторы. Они несколько дней рыскали по помещению ресторана, заглядывали во все кастрюли и, конечно же, обнаружили массу нарушений. Бледный от нервов и недосыпа Максим, натужно улыбаясь, смог за определенную сумму отстоять пять из шести своих ресторанов, но один все-таки пришлось закрыть на неопределенное время. И ко всему прочему ему попутно выписали просто неприлично большой штраф.
- Ну, вы же понимаете!.. - нежно улыбался ему тощий, как глиста, и такой же скользкий инспектор.
Спрятал тонкую пачку подаренных ему лично банкнот в портфель и ловко извлек из него квитанцию для уплаты штрафа, по которой Максиму еще только предстояло рассчитаться.
- Государство тоже должно что-то получить, иначе как же нам поднять экономику? – заявил ушлый глист, заполняя пустые графы. - У нас, между прочим, ежемесячный план по взысканию штрафов! Хочешь, не хочешь, а приходится выполнять.
- Да, я понимаю, – бормотал Максим и еще сильнее бледнел от злости, понимая, что вряд ли этот чинуша имел в виду экономику страны.
Скорей всего, тот подразумевал экономику начальства и свою собственную.
– А скажите, пожалуйста, почему проверка проводится именно сейчас и так внезапно? – полюбопытствовал Максим. – Помнится, я договаривался с вашим руководством о том, что мне будут сообщать о них заранее, чтобы господа инспекторы, так сказать, не испытывали никаких неудобств.
- Вы знаете, именно наше начальство и направило нас к вам! – обрадовал его инспектор. – Насколько я знаю, один из высокопоставленных чиновников отравился у вас рыбой и не замедлил сообщить об этом куда следует. Ну, вы же понимаете, что мы не могли проигнорировать эту жалобу?
- Да-да! Я понимаю!
Максим все понимал. Он понимал даже то, что Дальский дружен с начальником этих господ и именно он помогал Максиму в свое время решить вопрос с проверками.
- Ненавижу тебя, Гор! – прошипел Максим, когда вечером наконец-то добрался до своего кабинета.
Сразу метнулся к бару и дрожащей рукой налил себе большую порцию виски. Выпил всю ее одним махом и, размахнувшись, запустил бокал в стену так, как когда-то делал это Дальский. После этого он чуть успокоился и нырнул в бар за новой стеклянной тарой. Но тут оказалось, что этот бокал был последним, а значит, за пару месяцев они с психованным Егором умудрились ухайдокать целый набор из шести бокалов не самого дешевого богемского стекла.
- Мерзавец! - рычал Максим, хлебая виски прямо из бутылки. – Даже тут подгадил!
Но вместе с бокалами его неприятности, естественно, не закончились. Те лишь намекнули ему, превратившись в очередную статью расхода, на приближение предсказанного Максимом самому себе большого и всеобъемлющего пиздеца, потому что как только убрались санитарные инспекторы, появились, как грибы после дождя, их собратья по разуму - пожарные.
