Дима едва сдержал поток крепких ругательств. Он ненавидел иметь дело со своей прошлой жизнью, прошлой репутацией, но эта хрень вечно догоняла его и кусала за задницу. Дамочки, которых он раньше трахал, и которые теперь буквально охотились на него. Партнеры, которые не воспринимали его всерьез, когда появлялась возможность участвовать в серьезных проектах и инвестициях. Сестра и мать, которые каждый день названивали по сто раз, дабы убедиться, что он снова не сбежал, взяв только рюкзак со сменой одежды и паспорт. Теперь вот и друзья припомнили былые подвиги и сделали выводы. И что самое паршивое, они, в общем, были недалеки от истины. Конечно, он хотел Сашу. Красивая, умная, загадочная, недоступная. Безусловно, она тряханула Димино либидо. Но было и что-то еще. То, чего он сам не мог понять. То, что тогда он отринул, не желая иметь дело со сложными эмоциями. То, что сейчас он хотел осознать, изучить, прочувствовать.
– Понятно все с вами, – Токарев решил-таки обидеться и встал.
– Миттен, – Костя закрыл ему дорогу. – Сядь.
Они напряженно молчали, пока Маринка не разрядила обстановку, заявив, что торжественность момента ее не смущает, и она идет писать. Костя тоже вышел из-за стола и направился к балкону. Дима – за ним. Там он стрельнул у друга сигарету и наконец задал вопрос, который не давал ему покоя, и который он не мог озвучить при Марине.
– Ты с ней спишь?
– Я же говорил, что нет. Нам запретили. Она дерганая, да? Ты тоже заметил?
– О, боже, Бирюков, я сегодня по уши в твоей личной жизни, хотя прикатил хлопотать за свою, – Дима аж выкинул сигарету с досады. – Я не про Марину!
Костя, наверное, не меньше минуты пытался понять слова друга, а потом еще столько же на него таращился.
– Сашку имеешь в виду? – уточнил он на всякий случай. – Думаешь, я с Сашкой сплю?
Дима кивнул.
Потом Кос ржал. Долго и звонко. Отсмеявшись, Бирюков выдал:
– Чтоб ты понимал, Мить, я эту девчонку учил играть в покер, потом возил в универ, проверял, чтобы не прогуливала, потом наблюдал, как она, дурочка, выходит за Деню и разводится с ним. Я вез ее с вокзала после того, как мой братец ей сказал… Впрочем, не важно. В общем, я ее видел раздолбанной на мелкие кусочки, и то, что она теперь с собой сделала… Да и это не важно. Ты запомни, я своему братцу едва рожу не разбил, а тебе вот обязательно начищу. Если узнаю, что ты ее трахнул и кинул…
– Поздно, Кость. Я уже.
Бирюков сжал кулаки и пронзил друга взглядом.
– Стой, стой, – поднял руки кверху Дима. – Ты помнишь, она работала у меня? В кофейне.
Кос напряг извилины.
– Ну-ну, вспоминай. Я сам только дотумкал, что мы тогда втроем были. Ты, я и Ксюха, она еще стакан с соком метнула в мои гребаные эксклюзивные обои. Стерва.
– Что, прям в тот день вы с Сашкой и..? – Бирюков вроде передумал драться, увлекшись воспоминаниями, и даже стал проявлять интерес.
– Неееет. Потом уже, когда она уволилась.
– Понятно. А сейчас ты чего от нее хочешь? Повторить?
– Ты же понимаешь, что я совру, если буду это отрицать.
– Пошли в дом, – Кос вытолкал Диму с балкона обратно на кухню, где уже стояли чашки с горячим чаем.
– Маринк, ты представляешь, он уже с ней спал, – сразу оповестил жену Костя. – Сто лет назад, правда…
– Не сто, – поправил Дима. – Лет семь, наверное, прошло.
– Обалдеть, – Марина страсть как загорелась историей Саши и Димы. – Погодите, это было до Дениса что ли?
– Ну наверное, – предположил Токарев.
– Не до и не после, а во время, – уточнил Бирюков, откровенно наслаждаясь тем, как округлились глаза его друга. – Деня в армии был как раз.
– Саша его типа ждала?
– Неа, у них всю жизнь были свободные отношения. Ну… до женитьбы. Насколько я знаю, потом Сашка от него не гуляла.
– А он?
– Ну а ты как думаешь?
Дима покивал. Уж он как никто понимал, что кобелиное свойство мужской натуры невозможно аннулировать штампом в паспорте или наличием постоянной подруги.
– Я это к тому, что Сашка не святая. Если ты вдруг решил превратить ее в личную Мадонну, – пояснил Костя. – Вообще, я так и не услышал, с чего такой интерес именно к ней?
– Я и сам не знаю, – пожаловался Токарев. – Но она мне мозг выносит одним своим существованием.
Маринка захихикала, Костя сдержанно хмыкнул, и оба в голос заявили:
– Это похоже на Сашку.
– Я купил карту в ее фитнес клуб, – прорвало Диму по части признаний. – Буду глаза мозолить, да и по работе я им часто нужен. Попрошу Геллера все вопросы решать только через Нестерову. Самому тошно от этих интриг, но и оставить ее в покое не могу.
Супруги переглянулись. Марина встала, ласково обняла Диму сзади за шею, и чмокнула в щеку. Костян хлопнул его по плечу.
– Ты встрял, старик. И я тебе не завидую. Нестерова – та еще штучка. Будет тяжело.
– Так помоги ему, – Марина конкретно прониклась бедой друга.
– Интересно, как?
Она взяла минуту на раздумья, а потом снова попыталась попрыгать от радости.
– Вы же сто лет мыкаетесь по съемным квартирам, чтобы в покер поиграть. Так теперь можно всем собираться у Митьки, и Сашку тоже туда привезешь. Там он ее и…
– Не-не-не, – сразу заартачился Бирюков. – Она меня сожрет за такое, убьет.
