На бледном лице хорошо выражались его огромные синяки. Глаза были красными не могу понять от чего, от выпивки или еще что стал принимать. Мятая рубашка и спортивки с дырками. Папа выглядит намного хуже мамы, намного.
— Ты приехала — говорит он уже спокойнее
Он тоже рассматривает меня, но его взгляд мягче не цепкий. Папа не просчитывает сколько на мне надето. В его глазах мелькает радость и раскаяние.
Мне нельзя забывать зачем я здесь, этот человек продал своего ребенка. Он избил меня по пьяни, именно поэтому я сбежала. Сбежала раньше чем, хотела. Он даже не позвонил мне не разу.
Да, в детстве он меня любил или нет. Я запуталась. Сложно судить теперь, когда знаешь такие факты.
— Я приехала поговорить с вами. Нас ждет серьезный разговор — произношу и ухожу
Прохожу на кухню и сажусь за маленький стол. Теплое чувство внутри посыпается и греет мне душу. Воспоминания галопом скачут в голове. Подкидывая самые хорошие.
Вот здесь я впервые нарисовала, провожу пальцем по цветку. Мама конечно ругалась, но папа похвалил мои способности.
А вот тут смотрю чуть поодаль я впервые разбила свой локоть, когда спешила похвастаться оценкой. Глупо улыбаюсь.
Осматриваю кухню и замечаю, что здесь ремонт родители не сделали. Гора пустых бутылок сложены в пакетик от мусора. На плите по запаху борщ. И на столе начатая водка.
Перевожу взгляд на окно, почему все так. Могло ли быть все иначе в нашей жизни или нет?
Кручу кольцо подаренное любимым. Оно напоминает о нем, он рядом. Всегда. Он моя опора и поддержка. Он только мой. А я его. И никак иначе.
Слышу тяжёлые шаги родителей. Долго же они обсуждали мой приезд. Папа тихо и очень медленно садится на стул. Мама предпочитает стоять, гордая птица. Усмехаюсь этому.
— Дочка, что тебя привело к нам? — медленно будто я грозный хищник спрашивает папа
— Если не ошибаюсь, то мама мне сообщила о продаже дачи и я обещала приехать за вещами — кидаю на нее мимолётный взгляд
Вся ее наигранная гордость словно маска трещит по швам. Она взгляда не отводит от моей руки, а я на автомате оказывается кручу кольцо. Смотрю на руку и снова на отца.
Тот тоже замечает этот жест, но быстро отводит свой взгляд. Ему стыдно. Только понять не могу от чего.
— Мы не думали, что ты так быстро приедешь. Да и к нам бы ты не стала заезжать — влезает в разговор мать
Не знаю почему, но она злится. Ярость гримасой отражается на ее лице делая его ещё страшнее и старее, будто сама злодейка сошла с книги.
— Зачем ты здесь? — яро спрашивает она
Склоняю голову и рассматриваю ее снова. Почему же она меня так не любит, что я могла сделать собственной матери. Становится так горько, что всю горечь чувствую во рту.
— Хотела бы задать пару вопросов своему папе — мой голос срывается на шепот
Вытираю непрошеные слезы рукой. Прижимаю кольцо к сердцу, так легче. Спокойнее.
— Снежана, я тебя слушаю. Спрашивай что, хочешь — улыбается мне он
А я вспоминаю слова Петра Захаровича, что папа... Именно мой отец продал меня. Злость моментом вспыхивает на него.
— Объясни мне папочка — встаю и руками облокачиваюсь на стол — Какого черта ты продал своего ребенка — выкрикиваю ему в лицо
Меня всю трясет, слезы льются. Мда, не так я себе представляла этот разговор. Вот совсем не так.
Истерично смеюсь и падаю на стул. Не вижу выражение своих родителей, но молчание повисшие говорит о многом.
— Дочка... — слышу голос отца
— Заткнись Денис! Заткнись — кричит на него мать
Вытираю слезы рукавом платья и смотрю на них. Папа побелел ещё сильнее. А вот мать вся изошла пятнами. Открывает рот и пытается что-то сказать, но у нее ничего не выходит. Дёргает руками словно в припадке.
Мое сердце горит, все внутри меня горит. Будто тыкают раскаленным железом. Не хочу ничего слушать... Больше не хочу.
Надежда что это все ложь теплилась в моем сердце, а сейчас она режет его изнутри. Медленно вырезая каждый кусочек. Смакуя.
Глупая, глупая дура. Сжимаю кулаки и бью по столу. Бутылка с водкой падает и звон стекла, вместе с запахом спирта обволакивает меня. Как они могли.
Я похожа на рыбу, которую выкинули на сушу и сказали ползти. Только не предупредили что, обманули. И не видать мне спасения.
Мама часто дышит, отходит и наливает себе стакан воды. Жадно пьет жидкость и кидает в меня жгучие взгляды.
Хочется исчезнуть, нет, лучше оказаться в объятиях Камиля. Чтобы он гладил меня по волосам прижимая к себе. Хочу обратно, хочу в Фес. Туда, где были только я и он.
— Как ты узнала? — с грохотом ставит стакан, как он ещё уцелел
Сжимает его с такой силой и яростью, что он скоро у нее в руке лопнет.
— Оставь стакан в покое — бесцветно говорю ей и вижу как в глазах матери загорается огонь
— Дочка, ответь матери на вопрос? — хрипит отец
— Думаю это вы должны мне ответить — вытираю слезы и гордо закидываю голову
— Откуда ты вообще знаешь Петра? Дочка, он опасный человек, держись от него подальше — злится он и повышает голос
— Подальше? — горько смеюсь — Я шесть лет прожила с его сыном. Была куклой в его руках! — кричу — Ты знаешь сколько гадостей я вытерпела от него
