— Я не хотел. Я попал в долги, а он очень опасен — схватился отец за голову — А когда он предложил мне сделку, он прощает долг, а я отдаю ему дочь — смотрит он с надеждой в глазах
— Ты согласился — тихо шепчу
— Да! — бьёт кулаком по столу — Я думал он забудет о тебе. Ты была ребенком, он ничего бы тебе не сделал — кричит на меня
— Ты же сам говоришь что он опасен. Определись уже не сделал бы или он опасный — истерические нотки сквозят в моем голосе
— Ребенку бы не сделал — теряет свой запал отец — Кольцо от него?
— Что? — смотрю на свою руку — Нет конечно! — качаю головой
Папа будто груз с плеч скидывает и садится на стул. Просит у мамы воды, а та стоит такая тихая. Будто ее и не было тут пока мы кричали друг на друга.
Присаживаюсь рядом и обдумываю слова папы. Он уверен в них. Уверен что ребенку Петр ничего не сделает, он и не сделал. А вот сейчас. Сглатываю. Сейчас он даже не против уложить меня в постель, от одних только мыслей становится тошно.
— Дочь, беги от него — касается моей руки папа
— Уже не могу. Я опоздала — истерично смеюсь чем, вызываю удивление на лице родителей
Но рассказывать им все я не собираюсь. Это теперь только мои проблемы. Папа волновался за свою шкуру и решил отдать своего ребенка. И плевать мне, что он был уверен что Петр Захарович про меня забудет. Не забыл.
— Расскажи лучше о нем — прошу отца
Тот мнется, глаза бегают. Не хочет. Но я повторяю уже с нажимом.
— Прекрати! — рычит мать
— А ты вообще молчи! Мать называется... Позволила мужику свою дочь продать — язвлю
Только облегчение я не чувствую. Мое сердце плачет кровавыми слезами. Мне хочется наговорить столько гадостей ей. Пусть она меня не любила никогда, но могла бы не продавать. Какая же она мать после этого...
— Я... Я... Да ты — хватает она ртом воздух
— Хватит! — рявкает отец и я вздрагиваю
Понимаю что подошла к ней слишком близко. А та уже готова была меня ударить. Ком обиды и злости застрял в горле.
Презрено смотрю на нее и возвращаюсь на свое место. Папа подает мне стакан с водой. Набрасываюсь на него словно никогда не пила. Пару капелек падает на платье, отряхиваю его и смотрю на отца.
— Я жду, папа — поднимаю на него свои глаза
— Хорошо — соглашается тот
Он рассказывает что Петр Захарович оказывается был нашим соседом. Они с отцом когда-то дружили, пока не поругались. А потом при странных обстоятельствах умерли родители Петра, сгорели. А он сам сбежал в Москву.
Пару лет никто ничего не знал, думали погиб. Но однажды Петр вернулся и уже был не тем мальчишкой. Стал мужчиной, злым, кровожадным.
Подсадил многих наших на игры. Папа не стал исключением. Сначала его друг давал отсрочку, и отец играл дальше. Но в один день, Петр Захарович потребовал весь свой долг обратно. И ему было плевать, он был готов убить отца.
Слушая все это, я понимала одно. Папа мой идиот, кто же убьет мужчину который должен небесную сумму.
— Он обещался взять мою жену и пустить по рукам, дочка — разбил мои мысли отец
— Может он врал, специально говорил так — на мои слова мама усмехнулась и покачала головой
— Глупая девчонка — рявкнула та — Петр при мне убил нашего лучшего друга и .... — она посмотрела на отца — Я видела как его жену изнасиловали — кричала она, ее руки тряслись
— Но...
— Я не хотела себе такого, ясно! Не хотела! — схватилась она за руку отца и тот стал ее успокаивать
— Отец тебя и не отдал — скривилась я — Вместо жены он отдал дочь
— Ты была ребенком, он даже забирать тебя не стал! — на повышенном тоне разговаривала она
— Зато сейчас не ребенок! — тряхнула головой
— Ты что? — ужаснулась она — Хотела бы чтобы я пошла по рукам в его притоне?
— Нет конечно — отвернулась от родителей к окну
Конечно я не хотела бы такую судьбу матери. Даже она не заслужила этого. Немного успокоившись, я осознала как все глупо и неправильно звучало сейчас.
— Ты меня неправильно поняла — сжала шею — Неправильно!
Мать на мои слова только расхохоталась как одержимая и мне стало не по себе.
— Дочка, не нужно с ним играть. Его рука не дрогнет — пытался донести эти слова до меня отец
— Я не играю — пока не играю
Моя обида на родителей останется со мной до могилы. Такое нельзя простить, какими бы не были мотивы.
Мама предложила мне остаться на ночь, и я согласилась. Нас ждал ещё один разговор про дачу.
— Я против продажи дачи — оповестила их, когда мы сели ужинать
— Опять начинаешь? — укоризненно поинтересовалась мать
— Я сказала нет! Она моя, я не дам право на это — весь аппетит испортился
— Даш — услышала ее голос в дверях — Вон какие вещи и кольцо носит, а родителям и помочь не может
Глава 21
Уезжала от родителей с тяжелым сердцем. Мы так и не смогли прийти к общему решению насчет дачи. Мама кричала что продаст ее без моего ведома, только вот у нее ничего не выйдет. Последняя подпись будет за мной. Об этом я ее оповестила и ушла.
По дороге слава богу никого не встретила. Сейчас мне не хотелось с кем либо разговаривать или слушать о том как я изменилась и похорошела. Весь груз который я узнала, повис на моих плечах.
