Даже враг проекта Милюков нисколько не выглядел грозным. Немножко церемонный, по-профессорски слегка не от мира сего, но сразу было видно: такой и мухи не обидит.
Шеф жандармов с каждым приязненно поздоровался, осведомился о здоровье супруг, коих знал по имени-отчеству. Представил меня экспертом-криминалистом. Я учтиво поклонился, от чего с носа свалилось и заболталось на шнурке пенсне. Все заулыбались мой неуклюжести, что с психологической точки зрения было неплохо.
Мы сидели у круглого стола, будто равные: вершители российской политики и с ними я, мелкая сошка. Но неловкости я уже не испытывал. Мои соседи были люди интеллигентные. Одно слово – парламентарии.
И генерал Джунковский среди них смотрелся как свой среди своих. Теперь я понял, почему он явился без эполетов-аксельбантов.
Минут пятнадцать его превосходительство описывал проект и перечислял аргументацию в пользу предлагаемой реформы. Я сам не мог бы представить мое детище лучше.
– …Сейчас полиция тонет в потоке дел разной важности и сложности, уголовный сыск захлебывается, вынужденный заниматься и мелкими преступлениями, и крупными, и очевидными, и мудреными, – говорил Владимир Федорович. – От этого страдает закон, страдают обычные люди. Ныне же заработает система. Из всей массы преступлений специальный полицейский чиновник сразу будет выделять особо тяжкие и требующие немедленного реагирования. Один звонок – и с места срывается специально снаряженный автомобиль. В нем опытные профессионалы, каждый определенного рода, мобильная лаборатория и всё необходимое в зависимости от потребности. И такие группы будут существовать во всех губернских городах, даже в самых отдаленных. «Молниеносная бригада» будет подобна молнии, испепеляющей злодеяние, едва лишь оно совершилось!
Я почти совсем успокоился. Невозможно было представить, что кому-то не понравится это начинание, безусловно полезное и выгодное для всех кроме преступников.
Когда генерал закончил и предложил задавать вопросы эксперту, Балашов поднял палец и повернулся ко мне.
– Господин э-э-э Гусев, в прошлом году был ужасный случай в моем екатеринославском имении. Кто-то изрубил топором управляющего вместе со всей семьей. Уездная полиция прибыла и ничего не сделала. Три дня ждали следователя из губернии. Он походил, посмотрел, пожал плечами и отбыл восвояси, сказавши: «М-да, загадка». Так никого и не нашли, а в общем-то и не искали. Как бы проводилось расследование, если бы уже существовали ваши бригады?
Я расправил плечи.
– Тут особо тяжкое злодеяние нетранспарентного анамнеза, – начал я, памятуя наставление генерала употреблять побольше сложных слов, но егермейстер простодушно переспросил меня, что это такое, и я вспомнил инструкцию Воронина.
– Неочевидных обстоятельств и с неизвестными злоумышленниками.
– А-а, – кивнул глава умеренно-правых.
– Есть ли в имении телефон?
– Нет. Там и телеграф только на станции.
– А сколько до губернского города?
– Сто пятьдесят верст.
– Тогда через четыре часа после получения телеграммы к вам прибудет спецавтомобиль. С дактилоскопическим оборудованием и служебной собакой. Судя по использованию топора, убийство совершили преступники невысокой квалификации. Наверняка оставили отпечатки пальцев, а возможно и другие улики, которые опытный сысковик сразу обнаружит. Ищейка возьмет еще свежий след. К автомобилю сзади будут крепиться велосипеды, что позволяет вести погоню и по обычной тропинке. Уверен, что в течение суток убийцы были бы обнаружены и задержаны.
– Как хорошо вы это описали! – воскликнул Балашов. – Проект превосходный, мы будем его поддерживать!
– Да, проект определенно хорош, – согласился Хвостов, поглаживая румяную щеку. – Однако меня смущает финансовая проработка. – Он листал доклад. – Я вижу запрашиваемую бюджетную сумму, и у меня возникает вопрос. Одно дело организовать «молниеносную бригаду» в обычной среднерусской губернии, и совсем другое – где-нибудь в Якутии. Иные расценки, иные средства передвижения, снаряжение, да почти всё. Вместо автомобиля, например, там понадобятся олени. Необходимо подготовить сметы на каждую губернию, с учетом местных условий. Иначе тут откроется простор для злоупотреблений, которые невозможно контролировать.
– Вы не долистали до соответствующего раздела, – сообщил ему я. – Сметы по всем губерниями начинаются со 172 страницы. Есть там и Якутская губерния. Позвольте покажу.
И показал. Потому что не нужно учить Василия Гусева обстоятельности.
Камергер почесал жирный загривок и ничего больше не сказал. Кто-то толкнул меня в левое колено. С той стороны сидел генерал Джунковский. Никогда еще высокое начальство не выражало мне поощрение подобным образом.
– Прошу еще вопросы, – предложил его превосходительство. – Наш эксперт ответит на любой.
Поднял руку Милюков.
– Если позволите, у меня вот какой вопрос. Сугубо гипотетический. А если бы так же нетранспарентно убили управляющего не имением, а всей губернией – не дай бог, конечно. Станет ваша «молниеносная бригада» искать злоумышленников?
