— Ё& твою мать, чё за ху№#$? — доносятся из будки слова, сопровождаемые истошным кашлем.
Щёлкает задвижка двери. Резко дёргаю дверь на себя и бью резиновой ручкой фомки в лоб опешившему охраннику. Глаза его закатываются, и он оседает на пол без сознания. Так, где оно? Пытаюсь разогнать рукой дым.
Я опасался, что в будке охраны может оказаться оружейный шкаф, и придётся долго искать ключи или ковырять его фомкой. Но ружьё отыскиваю почти мгновенно, оно просто висит рядом с камуфляжной курткой на вешалке. На всякий случай, дёргаю на себя ящик стола. Думал, что там могут быть патроны, но нет: пара тетрадок, ручка, мелочь, пятитысячная купюра, связка ключей. Мусор, короче.
Нет. Деньги я, конечно, возьму. Типа это было ограбление. И ключи прихвачу. Просто из вредности. Выкину неподалёку. А вот это что за коробочка? Провод к камере… Регистратор? Тоже берём.
А теперь ходу! Только нужно немного прийти в себя за изгородью. А то от дыма уже льются слёзы из глаз.
Домой я добрался только к полтретьему ночи. Остатки пластика и ножницы — выкинул в канаву по дороге. Регистратор выбросил в речку. Рюкзак и ружьё забросил на чердак нашего дома и прикрыл утеплителем. Лучше было бы вообще это домой не тащить, но сюда хоть вездессущая алкашня не полезет. У нас в городе фиг от них что спрячешь, всё упрут.
Переодевшись в домашнее, упаковываю свой супергеройский костюм в пакет и тоже закидываю на чердак. Снова умываюсь, пыли и сажи на чердаке просто море.
Блин, джинсы новые не померял, но вроде после стирки они чуть-чуть сели. Да и я уже немного подрос с момента заказа. Подверну, если что.
Всё. Спать.
Блин, что жужжит? Шесть утра, кому я вдруг понадобился…
Будильник? А зачем?
А! Я же хотел проводить Клару до гимназии. Обратно то я её провожаю, а вот туда… Мало ли?
Надо умыться и испить чаю. Чайник или бойлер? Бойлер или чайник?
Чайник! Водогрей сейчас включать не буду принципиально, холодная вода более лучше поможет проснуться.
Не помогла. Вот почему так? Иногда зачитываешься до трёх ночи, а утром как огурчик. А вчера специально поспал днём, да и ночью поспал, а с утра… будто и не спал вообще.
Крепкий чай должен спасти… отца русской демократии. И нужно предупредить Клару. Вчера я поздно сообразил и не сказал ей.
«Хочу проводить тебя до гимназии. Во сколько ты выходишь?»
Как раз сейчас полседьмого. Она всегда встаёт в это время.
«Меня отвезёт отчим»
Ну ладно, тогда сварю макарошки на завтрак, а то после вчерашних приключений жрать хочется…
«Спасибо:)» — появилось на не успевшем погаснуть экране.
Не сидел бы — упал!
Она! Написала! Мне! Спасибо!!!
И смайлик!
Да что с ней происходит?!
Такое уже не объяснить банальным желанием сожрать души окружающих!
Наше с ней общение с самого начала было, наверное, странным. Она никогда ничего у меня не просила. Она требовала! Но если я ей отказывал — не обижалась. Типа нет так нет, проехали. Безо всяких обид.
И соответственно требования её не подразумевали благодарность с её стороны. Сделал и сделал, чего такого? А тут «спасибо»!
И смайлик!
Зато я тоже мог ей всегда предложить сделать очередную глупость, и, если это не противоречило её убеждениям, она делала. Без вопросов. Без всякого «а что мне за это будет?». Если подумать, то, наверное, поэтому меня раздражают другие существа женского пола. Слишком много вопросов, уточнений, бессмысленного трёпа. И ведь не объяснят никогда, чего им на самом деле надо! А Клара всегда может объяснить свои слова и поступки. Ну, кроме последнего…
Я уже доедал свой тазик макарошек с майонезом, когда из своей комнаты вышла заспанная мама. Она непонимающе огляделась, словно видела нашу халупу в первый раз, увидела меня, испугалась чего-то и исчезла за дверью со скоростью пули.
Чего это с ней?
Пока я мыл посуду и заваривал новую порцию чая, из её комнаты доносились странные звуки. Как будто она решила быстренько поклеить обои, а мебель ей в этом активно мешала.
Наконец, спустя раковину посуды, дверь открылась, и оттуда вышла…
— Доброе утро, Господин!
Эмалированная миска выпадает из моих ослабевших пальцев и катится по полу в наступившей гробовой тишине.
Из комнаты матери появилась стройная и элегантная девушка в чёрном платье. Густое каре тёмных волос едва касалось оголённых изящных плеч, а из-под чёлки на меня смотрели огромные изумрудные глаза. Ярко-красные губы были едва тронуты лёгкой улыбкой.
Модные глянцевые журналы никогда не предложили бы ей сняться на обложку! Побоялись бы, что их годового бюджета не хватит.
— Ма… Ма… Мама? — что-то я начал заикаться.
— Если Господин так желает… — всё с той же лёгкой улыбкой ответила она.
— …
Бли-ин! Кажется, я сломал свою мать!
Если раньше мы с матерью не общались, не чувствуя никакой неловкости, то сейчас эта самая неловкость залила всё свободное пространство нашей убогой квартирки. Снова кошусь на неё.
Нет! Вроде бы не подменили. Накрасилась, с волосами что-то сделала. Платье из древних запасов достала. Из тех, что покупала ей бабушка в надежде, что она ещё найдёт себе кого-нибудь…
