Вот мама позирует за рулём новенького подержанного джипа. Рядом сидит бабушка. А тут они с дедом хвастаются урожаем помидоров на даче. На всех фотографиях мама. Мама с дедом, мама с бабушкой, просто мама…
Что-то в этом во всём меня смущает…
Достаю из мешка ещё один альбом. Альбом старый, фотографии чёрно-белые и часто некачественные. На одной огромный стол, окружённый толпой людей, а в центре композиции девушка в фате и худощавый парень. А вот фото из салона. На стуле сидит совсем молодой дедушка, а рядом с ним красивая светловолосая женщина держится за его плечо. Бабушка? Она была блондинкой? Я запомнил её уже полностью седой.
По спине пробежали крупные мурашки.
Тянусь к первому альбому, достаю последнюю фотографию. Бабушка с дедом нежатся на солнышке. Переворачиваю. «Турция 2001. Пляж» написано на обороте синей ручкой.
Беру второй альбом и достаю несколько фотографий подряд. Они без подписей.
Нет, понятно, что фотографии перестали быть таким эксклюзивом, и пропал смысл подписывать домашние снимки.
Но почему мамы нет на фотографиях до её двенадцати лет?
Её удочерили? Тогда почему я об этом ничего не знаю? А хотя кто бы мне об этом рассказал?
Но ведь это лежит на поверхности… Это же так очевидно! Когда мама родилась, деду было уже пятьдесят, а бабушке сорок восемь!
Вот теперь становится понятнее, почему так легко отобрали у мамы эту квартиру и всё остальное имущество. Она действительно не родная.
И тогда… Неужели эта её «академия слуг» не «прошивка», как я себе придумал, а по-настоящему? А ещё сегодняшние… Я посмотрел на часы.
Ну хорошо, вчерашние её слова: «С этой квартирой связано большинство моих приятных воспоминаний».
Тогда история жизни мамы собирается в какой-то совсем беспросветный мрак! Сначала школа слуг, о которой она даже не хочет вспоминать, и злится, когда приходится. Потом два года нормальной жизни в семье и новый ад на целых шестнадцать лет!
Я не смог удержаться… и заплакал.
Блин. Я же мужик! Демон, блин.
Вытерев ладонями слёзы, убираю улики обратно в мешок.
Кроме альбома с её фотографиями.
Его я оставляю на столе.
Умывшись, иду в свою комнату. Благодать во сне уползла к краю кровати и угнездилась там. Тихонько ложусь на другой край и быстро засыпаю.
Блин, как вообще люди с кем-то спят? Это было первое, что пришло мне в голову после пробуждения. Сверху на мне лежала добрая половина Благодати и никак не поддавалась моим попыткам сдвинуть её с себя аккуратно.
Изнутри меня царапнуло обострённое чувство собственника. А вот интересно, на ком она раньше спала? Ведь ей, судя по всему, так лежать очень привычно и комфортно.
Поворачиваюсь на бок, чтобы скинуть наконец с себя эту тушку, и внезапно для себя оказываюсь на другом конце кровати, а сверху на мне уже сидит Мегуми с занесённой для удара рукой.
— Э-э… Доброе утро? — улыбаюсь ей.
А сам в это время осознаю своё слабое место. Остановка времени сработала мгновенно, но шустрая девушка с рефлексами была очень ко мне близка и, если бы она была вооружена, наверняка смогла бы меня убить.
Поэтому нужно всегда держать дистанцию! А раз нужно держать дистанцию, то нафиг мне эти сабли и ножи? Нужно что-то дистанционное. Я гений, правда?
— У охотников на демонов есть дистанционное оружие? — спрашиваю очень смущённую девушку, которая наконец осознала на чём сидит.
— Это называется оружие дальнего боя! — мгновенно забыла о смущении она, оседлав своего конька. — Конечно есть! Есть бесшумные арбалеты, а есть различное огнестрельное оружие. Но важно чем заряжать! Экспансивные фрагментирующиеся пули с серебром неплохо останавливают демонов. Но они очень дорогие. Их делают американцы на заказ.
— А что-то из этого у тебя есть с собой? И где вообще твои вещи?
Вчера у неё с собой был только ноутбук и несколько острых железок. Её даже одеть сейчас не во что, учитывая, что она заметно миниатюрнее мамы.
— Как приехали сюда, мы ночевали в заброшенном доме. Но кто же мог знать, что там такая ужасная проводка! — возмутилась она, — В общем он сгорел. Оружие и снаряжение успели вытащить, а вещи нет…
То есть она вчера так нарядилась не из вредности? И не из желания эпатировать? Наряд невесты — это оказывается просто снаряжение! А как же та одежда, в которой она изображала потерянную инопланетянку?
— А потом мы просто сняли комнату в гостинице, — закончила она свой рассказ.
— В какой гостинице? — удивился я. — У нас тут вроде не осталось гостиниц.
Была одна гостиница на вокзале, но её давно закрыли. Ибо кто сюда в здравом уме приедет?
— Ну не совсем в гостинице, — смутилась она. — Это что-то похожее на лав-отель.
Тут до неё дошло, что не смотря на наш с ней разговор, ситуация не изменилась, и она по-прежнему сидит в нижнем белье на парне в одних трусах. Видимо на такой случай у неё был отработан специальный скоростной приём. Ничем другим я не могу объяснить моментальное её исчезновение за дверью.
Так! Сегодня нужно успеть сделать кучу вещей: одеть Мегуми, забрать оружие, подобрать что-то огнестрельное для «олимпиады».
