Я впервые за очень и очень много лет готова к тому, что меня увидят и захотят не вот все то, что я показываю, а просто меня. С моими тараканчиками, с моими замечательными качествами. Вот это ощущение своего человека. Того, с кем связывает, да бог его знает, что, а не проекции и потенциал роста.
Такое чувство, что мир куда-то мчится под легкий перезвон колокольчиков. И мчится, мчится. Мне даже страшновато иногда становится, эдак весело и страшновато, что ведь и эта волна пройдет. Но она еще очень большая, и я чувствую, как она несет меня на незнакомый берег.
А что в жизни? Разное!
Зеркало позвал меня к нему в гости. Я долго возилась с заграном, наляпала кучу смешных ошибок, переделывала все с самого начала несколько раз. Даже сфотографироваться сумела неправильно. А потом добила-таки. И приехала буквально на двое суток. Язык я не знаю, денег мало, выходные коротки. Так что мы два дня пили пиво по кабакам, ходили везде ногами и трындели на совершенно непредвиденные темы. Он подсадил меня на, не поверите, фэнтези. Вот чего не ждала от себя, так это фэнтези! А я, того не желая, закидала его музыкой. Не современной, в том смысле, что не вот прям ультрасовременной. Просто такой, которую ему в голову не приходило слушать. Потом я уехала. Потом мы много переписывались. Очень много! Обсуждали героев, авторов. Да даже певческие интонации того или иного голоса. Вот ведь – встретились два одиночества.
А сейчас мы, кажется, наговорились. Друг – волшебство. Человек, который тебя знает и все равно любит. Бывает же такое. Одним словом – душевные раны и модели в красных купальниках сближают людей. Н иногда еще пишет просто мне, я иногда пишу ему. Мы явно что-то отработали. Я не влюбилась и не была отвергнута. Интересно, что отработал он? Он ведь говорил, что на меня похожа его дочь. Может быть, вырастил дочь? Рассказал, что знал, о мире больших людей, отпустил?
Забавно еще и то, что за это время я обросла какими-то знакомствами и людьми случайного свойства.
Видимо, вот это мое желание кого-то, которого ах, где найти, притягивает. Пробую на вкус самое разное – от коллективных встреч в барах с целью поиграть в мафию, – до больших, хоть и не стадионных концертов. И то кто-то говорит о тарелках и проповедует дзен, то зачем-то меня зовут на еще одно мероприятие. Странно! Я, вроде, ничего не ищу, а события меня находят.
К тому прилагается некоторое уменьшение напрягов с учебой, что всегда хорошо. Начало семестра – благодатное, хрустящее снегом, капающее сосульками, плавящимся от теплых стен в -15, пахнущее кофе и марципанами. Прекрасная зима. В меру пасмурная, в меру солнечная. Через два-три дня просыпаюсь со звенящей в унисон бездонному небу головой. Я катаюсь на коньках. Сама, одна!
Я купила себе коньки – мечта детства. И хожу в парк утром, перед учебой. Потом с ними на шее и с гудящими ногами еду на пары, закидываю все домой, мчусь на работу, приползаю по оранжево-фонарной тьме и бухаюсь с книжкой, фильмом, песнями… И засыпаю так поздно, что утром, по идее, должна бы проклинать белый свет.
Это такая чудесная игра! Игра во всю ту жизнь, которая шла параллельно со мной, я не чувствовала и не воспринимала ее, я только носила траур по самой себе, по анахронизмам своих лет, по безумию своей души.
А сейчас у меня конец поста и смирения.
В том месяце я открыла потрясающее явление – «Музей кино»! Это восторг! Это то, о чем я только подозревала, не знала, что такое есть. Он собирается в самых разных местах, где наличествуют подходящие залы. Мы смотрим странные, хорошие, ценные, рубежные и другие значимые фильмы, мы их обсуждаем. Я слушаю. Пока обсуждать не готова. Но смотрю. А еще я смотрю фильм о том, как я хожу в «Музей кино».
Я выбираю наряды, настроения, напитки в термос. Подбираю духи и конгломерат духовного опыта под заявленную тему.
А еще я смотрю на людей. Есть очень интересные. Есть потрясающие типажи. Есть такие же актеры, как я. Есть искренние любители или искренние любители тусовок. Есть те, кто ищет, как я. Кто ищет, сам не зная чего.
А сегодня вечером я пойду не в кино, но с «Музеем кино». Я пойду смотреть фильм «мы все не пытаемся узнавать друг друга, а смотрим фильм». Сегодня ночной сеанс с дозволенной ночевкой. Это очень странное место, вообще странное, я о таких не подозревала. Это «Клуб сна». Это настоящий клуб. Там есть еда, напитки. Но там кровати. У каждой – наушники, ночник. Ты можешь просто прийти и полежать в темноте, тишине. Можешь послушать то, что хочешь. А можно, вот как сегодня – ввалиться большой компанией, смотреть, пить, смеяться. А потом не ехать никуда сквозь ночь, не мучаться недосыпом. А встать в то время, в которое надо и пойти по своим делам, по которым надо.
Так. Ну все, хорош уже. Господи боже мой, как же страшно. Как я это скажу и что буду с этим делать… И как вообще. Это что-то очень нехорошее, только вот я пока не поняла – что.
Мне позвонил Принц.
