Паренек кажется мне забавным – слишком уж экспрессивно он рассказывает про огоньки, поэтому я впервые со вчерашнего утра издаю короткий смешок. Но Владу снова что-то не нравится, и он, поставив запись на паузу, демонстративно морщится.
– Что опять не так? – возмущаюсь я. – Это уже восемнадцатый… Скоро все кандидаты закончатся.
– Тебе он понравился? – поворачивается ко мне Влад и устало трет переносицу.
– По-моему, он милашка. И точно справится с ролью владельца кота. Ему ж не в «Титанике» сниматься, а в рекламе корма.
Влад сидит за ноутом и пялится в экран. А со стен на него с хитрым прищуром смотрят еще несколько десятков Владов. От расклеенных постеров в комнате со старых рекламных кампаний с участием дядюшки рябит в глазах. Особенно Влад любит съемку одного известного парфюма – постеры огромного формата висят сразу в двух местах. Попав в эту квартиру, несложно догадаться, чем занимался ее хозяин в молодости. Здесь все кричит о причастности к миру моды. Даже есть странный манекен, который Влад утащил из ателье именитого дизайнера. Но мое любимое место в этом пространстве – плетеный подвесной гамак, на котором я и расположилась, чтобы помочь дяде найти подходящего для съемок начинающего актера. Утром мне показалось, что это занятие – единственное, способное меня отвлечь от тревожных мыслей.
– Я попросил прислать мне привлекательного юношу, но этот выглядит уставшим и нездоровым. Ему бы выспаться. Вроде молодой, а будто только что из ямы вылез.
– Как же сложно тебе угодить! Парню просто нужно насыпать в кошачью миску корм.
Но Влад закрывает вкладку с видеороликом и включает следующий:
– А это что за визитка? Камуфляжные штаны в городе? Зачем? Чтобы мы не увидели его конечности?..
Я отвожу взгляд от экрана и рассматриваю свои задранные в гамаке ноги в горчичных вязаных носках. Я так долго качаюсь в гамаке, что, кажется, теперь начинает подташнивать. Хотя мутное состояние преследует меня с самого утра. Вместо сна я проворочалась всю ночь. Может, из-за того, что до этого продрыхла целый вечер. А может, из-за новости, которой огорошил меня отец перед ужином. И после которой, кстати, кусок в горло так и не полез. Проснулась я разбитой и уставшей. Влад снова что-то говорит, но я его не слышу.
– Лола, ау? Ты где витаешь?
– Ну а ты как думаешь?
Влад тут же принимает виноватый вид. Я сразу же замечаю это и хмурюсь:
– Поверить не могу, что ты обо всем знал и не предупредил меня. Колечко на помолвку ты помогал выбирать? Папа ведь ничего не смыслит в украшениях!
– Снова начинаешь?
– Предатель! – шиплю я, с силой отталкиваясь от стены рукой. Выходит так резко, что едва не валюсь с гамака. Влад качает головой и снова возвращается к чужой «видеовизитке». Однако просматривает ее без звука и явно без интереса. Его мысли сейчас заняты другим.
– Вы хоть утром еще поговорили? – спрашивает Влад.
– Поговорили? Он даже в выходной умотал с утра пораньше в офис. Спрашиваешь так, будто мы настоящая семья и завтракаем вместе. Усю-сю, пусю-сю…
– Лола, прекрати кривляться! Твой папа любит тебя больше всего на свете, ты ведь знаешь. О таких важных переменах в жизни сложно говорить. И он все-таки готовил тебя к этому. Сколько раз вы ужинали с Валерией?
– Это не то! – морщусь я. – Против ужинов ничего не имею. Это одно дело. Но другое – она переедет к нам! Вместе со своей дочерью.
– Отнесись к этому как к приключению.
– Тусоваться под одной крышей с чужими людьми…
– Это пока чужими. Дайте друг другу шанс? И ты ведь сама вечно жалуешься на одиночество.
Это правда. Но все-таки Влад меня не понимает.
– Ты издеваешься? Алло! – Я повышаю голос: – В наш с отцом дом переедет посторонняя женщина со своей дочерью-подростком!
– Вам даже одну комнату не придется делить, жилплощадь позволяет, – «утешает» меня Влад. – И это очень хорошо. Увидела бы твою комнату дочь Леры – в обморок бы упала, бедный ребенок. Там же Мамай прошел.
– Порядок в комнате – последнее, что меня волнует.
– Впрочем, как всегда.
Я замолкаю и демонстративно разглядываю потолок. Влад понимает, что перегнул палку. Обычно он всегда находит нужные слова для поддержки, но ситуация настолько нетипичная для всех нас, что и дядя не знает, как настроить меня на позитивный лад. Иногда я действительно могу навести драму на ровном месте, но сейчас все по-иному. Я не любитель глобальных перемен в своей размеренной и, как мне всегда казалось, вполне понятной жизни.
– Ну а… дочь Леры. Как она тебе? Виталик говорил, что девочка – компьютерный гений.
– Алиса? – Я пожимаю плечами: – Не знаю. Мы толком и не общались ни разу. Кажется адекватной девчонкой. По крайней мере, в скандалах и сплетнях не замечена. Только серьезная какая-то все время.
