Поджимаю губы и смотрю на компьютер. Вот он, мой самый надежный друг и помощник. Я точно не тот человек, который может дать хороший совет насчет отношений, зато… Я тот человек, который знает, как безопасно уйти из реальности хотя бы на время.
– Есть у меня одна игрушка, которая мозг разжижает. Хочешь попробовать?
– Я совсем не умею играть в компьютерные игры.
– Там не сложно. Это симулятор вредного гуся.
– Гуся? – недоверчиво переспрашивает Лола, но я вижу любопытство в ее блестящих темных глазах.
– Гуся-пакостника, – весело подтверждаю я. – Садись в кресло! Сейчас мы поставим на уши целый город!
Перемещаемся со Спивак к компьютерному столу. Запускаю игру, на экране светится забавная заставка.
– Слушай, Алис…
– М-м?
– Илюша, когда выходил из твоей комнаты, что-то про вашу дружбу заливал. Это правда?
– Типа того, – отвечаю уклончиво.
– Ого. Неожиданно.
– Да, для меня тоже.
– Он тебе?..
– Нет! – выпаливаю так резво, что печет в горле. – Ничего такого, – заканчиваю сипло.
– А, да? Я просто хотела предупредить, что у него есть девушка, но если он тебя не интересует в этом плане, то все в порядке.
Крепче сжимаю компьютерную мышь, и белый гусь на экране заливисто гогочет, напоминая мне о дурашливом смехе Мироненко. У него есть девушка? Почему я впервые об этом слышу? И почему я совсем не чувствую себя «в порядке»?
С утра я придумываю тысячу причин, чтобы не ехать в школу. Прислушиваюсь к своему состоянию: может, я все-таки заболела? Было бы неплохо. Подхватила неизлечимую тоску и слегла до конца учебного года. А если бы меня и вовсе вдруг не стало? Как бы они страдали! И Кирилл, и папа лили бы горькие слезы… Но я тут же вспоминаю о Владе, Марго, Алисе… Они бы тоже страшно расстроились, а мне бы этого не хотелось. И тогда я решительно поднимаюсь с постели. Прогуливать из-за Меньшова школу весной в одиннадцатом классе – безумие. На носу выпускные экзамены. Ни один парень не стоит того, чтобы я рисковала своим светлым будущим. И что за дурацкие мысли вообще полезли ко мне в голову? Кошмар!
И все-таки после вчерашнего я чувствую вселенскую усталость, будто накануне разгружала вагоны. Из-за выплаканных слез раскалывается голова. Нужно было лечь спать пораньше, но мы допоздна играли в компьютер, чтобы я могла отвлечься. И признаться, это действительно помогло! Было довольно весело… Я зеваю. Ну, давай же, Лола, соберись! Уныние до добра не доведет. Нужно сегодня выглядеть сногсшибательно. Пусть Кирилл видит, какую девчонку навсегда потерял.
До школы мы с Алисой добираемся вместе. В машине почему-то обе стараемся не обсуждать вчерашнюю драму, будто для обеих пока исчерпан лимит переживаний. Обсуждаем историчку, которая портит жизнь всей одиннадцатой параллели, и немного затрагиваем тему предстоящих школьных танцев в честь Восьмого марта. Алиса настроена скептически, а я в любое другое время ждала бы этот бал с нетерпением, но сейчас и у меня нет настроения. В прошлом году весенний бал был для нас с Кириллом первым совместным выходом. Помню, как после мы вдвоем поехали в парк и долго гуляли по вечерним освещенным аллеям. Воспоминания снова накрывают меня ледяной отрезвляющей волной.
Рядом со школьным крыльцом меня уже поджидает Кирилл. Я замечаю его первой. Алиса проходит чуть вперед, но, тоже увидев Меньшова, сразу оборачивается и тревожно спрашивает:
– Лола, ты как? Тебя проводить?
Но я все для себя решила. Бегать и прятаться мне не хочется, хотя, если честно, разговаривать по душам пока тоже. Но мы с Кириллом учимся в одном классе, и за три месяца до выпускного избегать друг друга вечно не получится. Тогда я отвечаю Алисе:
– Нет, все в порядке, ты иди…
Алиса кивает и направляется в сторону крыльца. Когда она проходит мимо Кирилла, он что-то ей говорит, но Романова не отвечает и гордо поднимается по лестнице, а я в душе радуюсь. Вот бы все ему объявили такой бойкот! Но об этом остается только мечтать. Наша футбольная троица ни за что не распадется. Их дружба, проверенная временем, уж точно не развалится из-за девчонки.
Увидев меня, Кирилл явно напрягается и молча ждет, когда я поравняюсь с ним.
– Привет! – негромко первым здоровается он.
Вид у него болезненный. Куда делся уверенный в себе Кирилл? Хотя и я, сколько бы ни старалась, наверняка выгляжу неважно. Залитый слезами вечер и бессонная ночь не могут пройти бесследно.
– Привет, – откликаюсь я.
– Лола, мы должны поговорить, – просит Кирилл. – Даже если ты меня никогда не простишь за ложь, нам нужно это сделать. Пожалуйста, выслушай меня…
Его голос звучит сдавленно и хрипло, и на мгновение во мне шевелится жалость. Но я тут же вспоминаю все события, которые произошли с нами с четырнадцатого февраля. Как был холоден и отстранен Кирилл, его ложь, и, наконец, то страшное признание Вани… И моя жалость тут же перерастает в злость.
– Мы обязательно поговорим, – соглашаюсь я, – но только не сегодня. Сейчас, глядя на тебя, меня разрывает от ненависти. Даже в ушах шумит. Не попадайся пока лишний раз на глаза, пожалуйста. Мне очень тяжело.
