— И ты здесь, являешься, тем, кто адекватно оценивает, что реально, а что нет? Кристал, — пробормотал он низким и соблазнительным голосом. — Как ты сама отметила, это мой мир, и всё, что ты сейчас делаешь, это просто идёшь по моему плану.
Волна гнева захлестнула меня, и я встретилась с ним взглядом, отказываясь отступать.
— Ты думаешь, что держишь меня под своим контролем, но не забывайся: в тот момент, когда игра закончится, я уйду, не оставив после себя ничего, кроме воспоминаний о твоей мимолётной победе.
Губы Айзека изогнулись в хитрой улыбке, когда он притянул меня за подбородок. Его глаза потемнели, посылая мурашки по моему телу.
— Хорошо, но помни: я не единственный, кто запутался в этой паутине. А грань между игрой и реальностью? Все гораздо более размыто, чем ты думаешь.
В момент осознание пронзило меня. Для того, чтобы вырваться из хватки этого безжалостного дьявола, потребуется нечто большее, чем просто сила воли.
Но сейчас я просто сдаюсь.
— Ненавижу тебя, так сильно, насколько могу. Ненавижу, ненавижу…. — прошептала я сквозь стиснутые зубы, слезы смешивались с отчаянием в моем голосе. Противоречивые эмоции внутри меня яростно борются, разрываясь между отвращением и извращенным стремлением к его прикосновениям, когда он сжал меня в своих руках, но не для того, чтобы усмирить, а чтобы просто обнять.
Его сильные руки, такие нежные и приятные в своих действиях. И вновь, словно всего этого не произошло. Были лишь Айзек и Кристал, которые понимали и любили друг друга. И ничего лишнего.
Но мои слова были враньём, конечно. Ведь себя я презирала больше.
Я выгнула спину, прижимаясь к нему всем телом, чувствуя твердые очертания его груди и рельефные мышцы живота. Айзек стянул с меня трусики и отбросил в сторону, одновременно снимая свои брюки с себя. Он поднял меня, и моя спина уперлась в дерево. Я скрестила ноги вокруг его талии, пытаясь удержаться.
Айзек снова перешёл к моей шее, нежно покусывая и посасывая её, посылая разряды удовольствия, только усиливая боль между моими бедрами.
Я притянула его за волосы к себе, и мои ногти впились ему в спину, оставляя кровавые следы.
— Пожалуйста, я не могу больше терпеть, — в полустоне прошептала я.
Его руки стали ласкать чувствительную плоть моих бедер, раздвигая мои ноги шире, чтобы войти. С моих губ сорвался вздох, смешавшийся с его именем в мольбе о большем.
Время перестало существовать, и, когда он начал двигаться, я почувствовала, как вся эта первобытная боль исчезла и меня охватило невероятное удовольствие.
Его медленные и аккуратные толчки стали быстрыми и грубыми. Увеличивая темп, его губы прильнули к моим. Он вонзал свой длинный член глубоко в меня снова
и снова. Вцепившись в него сильнее, я застонала ему в рот, на что он ответил безжалостным поцелуем.
Воздух был насыщен пьянящим ароматом нашей страсти, смешивающимся со звуками наших затаенных стонов и произнесенных шепотом слов Айзека:
Ты такая влажная…
Разве ты не видишь, что я делаю с тобой?
Блять, мне недостаточно тебя…
Как же мы идеально подходим друг другу…
Ты всё, что мне нужно…
Наши тела двигались в синхронном ритме. Каждый толчок, каждое прикосновение приближали нас к краю. Наши крики экстаза смешались, эхом разносясь по лесу.
Когда я стала достигать своего пика, я застонала:
— Айзек, я сейчас кончу.
Он тоже был близок.
Наши тела содрогнулись в унисон, удовольствие прокатилось по мне, как волна. Измотанные, мы прильнули друг к другу, затаив дыхание. Айзек поцеловал меня нежным, мягким поцелуем, пока его сперма растекалась по моим ногам.
Мы возвращались домой и, найдя уютное местечко под тенью дерева неподалёку, устроились поудобнее. Усталость от нашей вспышки страсти улетучилась, сменившись чувством спокойствия и умиротворения. Прислонившись спиной к стволу дерева, я вздохнула, мой взгляд бесцельно блуждал по яркой листве вокруг нас. Засмеявшись абсурдности моей ситуации, я сказала:
— Что вообще происходит? Я ничего не понимаю, уже даже отказываюсь и пытаться. И ничего не имеет смысла.
Наверное, в этом была и проблема с Айзеком, я говорила ему, что чувствую, я признавалась, что устала от него, и всё же я не чувствовала угрозы. Я знала, что он не станет мне лгать и что даже в момент, когда мне понадобиться, чтобы он был просто Айзеком — он будет настоящим.
Айзек повернул голову, чтобы посмотреть на меня.
— Если смысла нет, это значит, что ты имеешь свободу наполнить любим смыслом, каким хочешь.
Я на мгновение задумалась над его словами, позволяя им осмысляться.
— Но что, если я сделаю неправильный выбор, истолковывая его не верно?
Айзек протянул руку, его пальцы переплелись с моими, нежно глядя поверх.
— Жизнь — это путешествие, полное открытий. Ошибки и обходные пути неизбежны, но они также являются возможностями для роста. Надо принимать их, потому что именно они делают твою жизнь уникальной и красивой. К тому же, если в момент то, что делал показалось правильным, значит оно таковым и было. Всё настолько относительно, что возможно и не стоит понимать и вчитываться во всё ради правильного шага.
