— Ты вроде пил с другой? — не смеяться не получалось.
Она оперлась о стену, прикрывая подрагивающие губы пальцами.
— Нет. То кофе я приготовил для тебя.
Пусть остается! Она с удовольствием посмотрит, как он осушит это “ведро”.
— Хорошо, но я прослежу, чтобы ты выпил всё и до последней капли.
Пэйн шел прямо на нее, но Кэш даже не думала отступать или прятаться. Он не сделает ничего такого чего бы она не захотела. То есть абсолютно ничего.
— Ты стала злой. Может позавтракаем?
Он уселся за кухонный стол и взглянул на нее снизу-вверх. Кэш смотрела на него и не отвечала. Он все тот же Алекс, которого она встретила когда-то! Чтобы она не говорила ему пять или десять минут тому назад. В нем невероятное количество самомнения, ему слова поперек не скажи, но это Алекс — наглый, обаятельный, невозмутимый.
— Спасителей принято благодарить.
Кэш кивнула, отворачиваясь, подбородок предательски дрогнул. Она долго не верила тому, что так ошибалась в нем.
— Кэш? — его рука прошлась вдоль ее бедра, едва задевая его. Женщина отодвинулась еще дальше, качая головой.
— Ничего.
Кэш, проглотив ком из слез и воспоминаний, заговорила как ни в чем не бывало.
— Ты хочешь, чтобы я надела ее тебе на голову?
Она заставила себя улыбнуться.
— Пей давай, иначе, я решу, что ты всего лишь злоупотребляешь моим гостеприимством.
Алекс поднял кружку, отсалютовал ею и прислонил ее край к губам.
— Я пью-пью!
Кэш прикрыла глаза, сдерживая очередной смешок. Дюймовочка и та делала глотки больше, чем он.
— Так что насчет завтрака?
— Ты ведь не отстанешь?
Алекс проследил за тем, как она прошлась по кухне. Кролики на брюках продолжали скакать в такт ее движениям, а на некоторых частях ее тела, на приятных взгляду изгибах заниматься чем-то более приземленным.
— Судя по запаху ты уже успел перекусить чем-то.
Она сначала замерла у шкафчиков, затем подумала и прошла к холодильнику. Девушка не чувствовала ни скованности, ни неловкости. Тут было другое — она хотела задержаться подле него и рассмотреть как следует. Этого делать не стоило. Память услужливо вытаскивала все и вся, без разбору.
— Это всего лишь жареный хлеб. Ни на что другое я не способен. Разве только разморозить пиццу, поджарить яичницу, приготовить лазанью в микроволновке — вот мой скромный удел.
Да-да-да! Так она ему и поверила. Рыбой от него в тот день несло вероятно потому что он упал в бассейн с мальками, а не потому что готовил ее к ужину!
— То есть ты холостяк, который давится полуфабрикатами?
Она обернулась к нему, бросив предупреждающий взгляд: никаких небылиц про кривые руки и холостяцкий удел!
— Может быть у меня есть домработница?!
Кэш, разглядывающая полки холодильника, вновь обернулась к нему.
— Тогда бы я знала об этом.
Алекс перевел взгляд на ее лицо. Ночью он вдосталь налюбовался ею, сейчас она избегала смотреть на него. Он хотел знать причину такого поведения: он так ей неприятен или, дело в другом: в чувстве вины?
— Интересуешься моей личной жизнью?
— Подписана на “спам” от местных кумушек.
Кэш не знала, что приготовить. В ее “холостяцком” статусе все было довольно-таки незамысловато — делай сэндвич, вари кофе, добавляй сливки. Вуаля. Ты великолепна! В тех местах, которых она жила ранее все было еще проще — можно было заказать доставку на дом или перекусить в закусочной через дорогу.
— Я неприхотлив.
— Прекрати читать мои мысли.
Кэш достала грудинку, сыр, яйца и остатки зелени, вывалив все это на стол. У нее возникла потрясающая идея. Детская. Мелкая. Подлая. Но она требовала своего воплощения.
— Мистер Пэйн…
— Можно просто Брэд.
Кэш кивнула. Она не назовет его так. Никогда. Дело не в имени, а в обращении.
— Я угощаю тебя завтраком в благодарность за то, что ты не оставил меня в трудную минуту, но может и ты окажешь мне небольшую услугу?
Он ждал, только взгляд сделал такой поощряющий, мол, продолжай!
— Покорми пожалуйста собак? В псарне, в углу стоит холодильник, в нем три кастрюли. Сегодня черед той что с голубой крышкой.
Он согласился. Поднялся со своего места. Сразу. Без споров и уговоров. Без подозрений.
— У тебя хватает терпения готовить на такую ораву?
Кэш пожала плечами. Она пришла к тому, что ей удобно комбинированное питание.
— Ну я же не завидный холостяк этого города. Мне не до кухарок, приходится многое делать самостоятельно.
Алекс остановился возле нее.
— Ёрничаешь?
— Нет, повторяю сказанное тобой.
Кэш не сразу потянулась к шкафчику со специями. Стоило ему хлопнуть входной дверью, как она быстро подошла к окну и отодвинула тюлевую занавеску. От мужчины веяло теплом, на холоде от его разгоряченного тела шел пар, русые волосы ярко подсвечивало октябрьское солнце.
Хаски повскакивали со своих мест и неслись за ним следом. Нет, они лезли ему под руки, визжали от удовольствия в ответ на то, что он говорил им. Кроме Снапа. Он смотрел в сторону дома, бесхитростно выдавая ее интерес.
— Отвернись!
Они не стремились свалить его на землю, как это бывало с ней. Еще, они слушались его, наверное, понимая, что просто хохотом и бранью здесь дело не ограничится.
— Проходимцы и предатели, мать родную продадут ради миски с едой!
