Она со мной полностью

Я замолкаю, когда замечаю костяшки пальцев на его правой руке. Они разбиты и выглядят так, будто их недавно раздробили. Он следит за моим взглядом и убирает руку, чтобы она была вне поля моего зрения.

– Что случилось? – спрашиваю я, хотя уже знаю ответ.

– Ничего.

– Эйден.

– Ничего, Амелия.

– Ты подрался с Дэйвом?

– Нет, – отвечает он с равнодушным видом, как будто мы обсуждаем погоду. – Я подрался с Дэйвом, Робом, Йеном и тем, кто мог быть тем парнем, который удерживал тебя, пока Дэйв… – Он прерывается, как будто ему невыносима одна мысль о том, что Дэйв меня бил.

– Черт, Эйден. Ты в порядке? – Я подношу руку к его лицу и поворачиваю так, чтобы лучше осмотреть на наличие травм. – Именно поэтому я тебе и не сказала! Я не хотела, чтобы ты страдал из-за меня!

Эйден, осторожно взяв мою руку, убирает ее от лица, но не отпускает.

– Со мной все хорошо, Амелия. Они только пару раз меня ударили.

– Эйден!

– Это того стоило. Поверь мне. – Его уверенность и решимость учащают мой пульс. Сердце в одночасье замирает.

Я не знаю, что сказать. Мои мысли настолько поглощены Эйденом, что я даже не знаю, как осознать, насколько он удивителен и как сильно мне нравится.

Я смотрю в его пронзительные серые глаза, которые, кажется, всегда смягчаются, когда сосредоточены на мне. Я замечаю небольшой порез на носу и ненадолго задумываюсь о том, кто из парней был достаточно быстр, чтобы успеть нанести удар по лицу. Затем мой взгляд опускается на его губы.

И в тот же миг руки Эйдена оказываются на моей талии, а губы – на моих губах. Как и в прошлый раз, я переношусь в рай.

Мой разум, тело и душа поглощены огнем, которым является Эйден, и я не могу думать ни о чем, кроме жгучей потребности быть ближе. Он, должно быть, чувствует то же самое, потому что его хватка на талии усиливается, и он легко поднимает меня к себе на колени. Я лежу на нем, прижимаясь, а мои руки обвивают его шею. Никакие бабочки и фейерверки не могут сравниться с тем чувством, которое я испытываю, когда губы Эйдена движутся синхронно с моими.

Мне кажется, единственное, чего я всегда хотела, – оказаться в объятиях удивительно сильного и страстного мужчины, каким является Эйден. Я как будто ждала этого момента всю свою жизнь.

Хотела бы я сказать, что после нашего поцелуя мы с Эйденом стали влюбленными и счастливыми, но это не так.

Почему? Потому что я – это я.

Я глупая, глупая Амелия Коллинз, которая технически даже не существует и не будет существовать через несколько недель.

Я поддалась чувствам и поцеловала Эйдена, хотя знала, что не должна этого делать (даже невзирая на то, что мне было очень, очень хорошо). Чувство вины продолжает меня преследовать, и всякий раз, когда я думаю об Эйдене, оно подкрадывается к горлу и сдавливает так сильно, что я не могу дышать. Оно обвивается вокруг сердца и медленно сжимает его, чуть ли не лишая меня жизни.

Чувства к Эйдену несравнимы ни с чем, что я когда-либо испытывала, и это потому, что я его знаю. Я знаю, кто он. Я знаю, что он ответственный, верный и умный. Я знаю, когда он пытается скрыть улыбку, или когда он раздражен, или когда он глубоко задумался о чем-то важном.

Но самое главное – я знаю его имя. Может ли Эйден похвастаться тем же?

Он не заслуживает девушки, которая постоянно лжет и притворяется той, кем она не является. Особенно той, кто без предупреждения уезжает из города, чтобы больше никогда о нем не услышать. И уж точно не той, кто подвергает его жизнь опасности, находясь рядом с ним.

Потому что на самом деле я – Тея Кеннеди, а Тею Кеннеди преследует сумасшедший, который неоднократно покушался на ее жизнь. Тея Кеннеди стала причиной ранений и убийств множества людей, а в шкафу, как напоминание об этом, у нее стоит маленькая коробка из-под обуви. Я не заслуживаю Эйдена, и он определенно должен быть с кем-то лучше меня. Я не то чтобы отрезала его от себя после той ночи в моем доме, но отдалилась от него и сделала своей миссией избегать общения с ним один на один.

Иногда я вижу его в коридоре, мы встречаемся глазами, и он начинает идти ко мне, а я как можно быстрее бегу в противоположном направлении, мысленно себя проклиная. Когда я вижу его в классе, то едва ли говорю с ним, а в обед занимаюсь подготовкой к экзаменам. Я даже начала парковаться как можно дальше от его места, чтобы мы не столкнулись на парковке. Я бы хотела сказать, что это легко, но это почти так же больно, как и чувство вины. Каждый раз, когда я вижу его, то вспоминаю, каково это – обнимать его, целовать. Но потом моя голова начинает плыть, и я понимаю, что не могу продолжать этот фарс.

В последнее время Эйден был довольно рассеянным: его отчима освободили из тюрьмы. С Эйденом и близнецами он не пытался связаться. Кроме того, на этой неделе у нас были экзамены, так что все было довольно суматошно. Было бы сложно понять, что я его избегаю.