– Скажите мне вот что. – Он задул пламя, и кошачья улыбка мелькнула под его длинным носом. – Этот Барри Салливан, или Джейкоб Мак-Натт, действительно любил Риту или его интересовали только бриллианты?
– Ну, я ни разу его не встречал. Судя но описаниям, особенно его жены…
– Вы имеете в виду Белл?
– Да. Рискну предположить, что имело место то и другое. Совесть не мешала ему делать то, что не следовало, – она только не позволяла ему наслаждаться этим. Но вернемся к их поведению в субботу вечером. Они выбегают из этой комнаты. А потом…
– Да, сэр? Что потом? – осведомился суперинтендент Крафт.
– Не знаю! – рявкнул Г. М. – Не имею ни малейшего представления!
Старик озадачен целиком и полностью. Очевидно, это его беспокоило. Закутавшись в тогу и забыв о больном пальце, Г. М. расхаживал перед камином туда-сюда. Сняв лавровый венок, он с отвращением посмотрел на него и положил на радиоприемник.
– Вот что нам известно, тупоголовые вы мои. Между девятью и половиной десятого эти двое отправились к Прыжку Влюбленных и там исчезли. Но они не прыгали и не собирались прыгать с утеса.
Крафт кивнул, хотя его лицо выражало сомнение.
– Есть только два возможных объяснения, сынок, – продолжал Г. М. – Либо они каким-то образом спустились со скалы, либо вернулись к дому, готовясь уехать в автомобиле Салливана.
Крафт резко выпрямился. Феррарс озадаченно посмотрел на меня, вынув трубку изо рта, но я мог только пожать плечами.
– Погодите! – сказал суперинтендент. – В таком случае как быть с убийствами, совершенными на краю утеса?
Г. М. скорчил гримасу:
– Ох, сынок! Неужели вы все еще думаете, что убийства были совершены на краю утеса?
– Я по-прежнему придерживаюсь этой версии.
– В таком случае она неверна.
Лицо Крафта помрачнело еще сильнее. Он постучал карандашом по записной книжке.
– Я бы хотел услышать доказательства, сэр.
– Ладно, попытаемся. – Г. М. подтянул тогу и повернулся ко мне: – Доктор, вы сидели здесь с профессором Уэйнрайтом. Задняя дверь дома была открыта. Между вами и открытой дверью была только вот эта тонкая вращающаяся дверь в кухню, – он указал на нее, – со щелью под ней, сквозь которую вы могли ощущать сквозняк. Правильно?
– Да.
– Если этих двоих застрелили на краю утеса, то там должен был дважды выстрелить браунинг 32-го калибра. Вы слышали выстрелы?
Я задумался.
– Нет. Но это ничего не доказывает. Погода была ветреной, и если ветер дул в противоположном направлении, то он мог отнести звуки в сторону…
– Но ветер не дул в противоположном направлении, черт возьми! Вы сами неоднократно говорили, что он дул вам в лицо, когда вы шли к утесу. Вы даже ощущали его в комнате. – Маленькие глазки Г. М. сверлили меня насквозь. – Как же вы могли не слышать выстрелы? А если кто-нибудь начнет болтать о глушителях, я иду спать.
Последовала длительная пауза.
Крафт снова постучал карандашом по книжечке.
– В чем состоит ваша идея, сэр?
– Вот в чем. Двое любовников думали, что они изобрели надежный способ доказательства своего самоубийства. Они осуществили его на практике, а потом отправились к своему автомобилю. Вероятно, они ушли в начале десятого. Но убийца настиг их, застрелил с близкого расстояния и столкнул тела в море.
– Хм, – произнес Крафт.
– Меня озадачивает не поведение убийцы. Он действовал вполне логично. Следующей ночью ему нужно было избавиться от автомобиля Салливана, чтобы никто не заподозрил никаких трюков со стороны любовников и происшедшее по-прежнему выглядело самоубийством по сговору. Поэтому он привел машину на Эксмур и утопил в зыбучем песке. Разве вы не помните, что Белл Салливан видела «два буклета, похожие на дорожные карты – один голубой, другой зеленый, – торчащие из бокового кармашка»?
– Ну, сэр?
– Это были не дорожные карты, а паспорта. Голубой британский и зеленый американский. Но Белл Салливан никогда не выезжала за границу, поэтому не узнала их. – Фыркнув, Г. М. перебросил через плечо край тоги, с вызовом посмотрел на нас и снова сел. – Повторяю, – настаивал он. – Меня озадачивает поведение не убийцы, а жертв.
Феррарс постучал по зубам черенком трубки.
– Вы имеете в виду, что они пошли к утесу и не вернулись?
– Вот именно, сынок. Это ставит старика в тупик. Минуту назад я говорил, что они либо спустились с утеса к морю, либо каким-то образом вернулись назад, не оставив следов. Знаю, знаю! – Яростным жестом он заставил умолкнуть попытавшегося возразить суперинтендента. – Оба объяснения – сплошное очковтирательство.
– Вы в этом уверены?
– Абсолютно. Муха не могла бы спуститься или подняться по передней стороне утеса. Что касается следов…
– Я категорически утверждаю, – решительно прервал Крафт, – что с этими следами не было никаких фокусов. Миссис Уэйнрайт и мистер Салливан действительно пошли туда и не вернулись.
– Согласен, – кивнул Г. М.
– Послушайте! – запротестовал Феррарс. В его глазах, поблескивающих сквозь клубы табачного дыма, светилось не то злорадство, не то искреннее желание помочь. – Вы сознаете, что подобный вывод ставит вас в еще более худшее положение, чем раньше?
– Меня – безусловно, – проворчал Крафт.
