Близился конец 1963-го, и, как объявила газета «Ивнинг стандард», «1963-й стал годом «Битлз». Приглядитесь к сердцу нации, на нем вытравлено: «Битлз»». Вот уже и политики всех партий не стеснялись упоминать «Битлз», доказывая, что идут в ногу со временем и сами не промах. В феврале 1964-го, когда «Битлз» отправились завоевывать Америку, премьер-министр сэр Алек Дуглас-Хьюм, глава Консервативной партии Великобритании, в своем обращении к ежегодной конференции Молодых консерваторов назвал «Битлз» «нашим лучшим экспортным товаром». Он похвалил их «весомый вклад в бюджет», добавив, что «если между нами и какой-то страной нарушен торговый баланс, то, смею обещать, «Битлз» скоро будут… В Штатах же, по моему разумению, они добились успеха потому, что они — группа очень простых и приятных молодых людей».
Вскоре политики наперебой расхваливали «Битлз», награждая их эпитетами в превосходной степени. По мере того как близились всеобщие выборы, кандидатам в парламент от Консервативной партии советовали как можно чаще упоминать в своих речах «Битлз». Казалось, их имя — это заклинание, способное превращать стариков в молодых, а косных — в продвинутых.
Лидер Лейбористской партии Гарольд Вильсон не собирался допускать, чтобы консерваторы его перещеголяли. Рьяный поборник всего современного, надклассового и энергичного, а к тому же член парламента от графства Мерсисайд с его крупнейшим городом Ливерпуль, Вильсон безжалостно высмеивал попытки старого аристократа Дугласа-Хьюма подмазаться к молодежи и поднимал на смех «провозвестников минувшей эпохи, притворяющихся современными и называющих «Битлз» тайным оружием консерваторов». Вильсон утверждал, что правительство консерваторов «не задумываясь назначит Пола с Джорджем и Ринго с Джоном на пост посла Великобритании в США, лишь бы заработать голоса».
Зная, что битлы получают премию Клуба Варьете[379] «Деятели шоу-бизнеса — 1963», Вильсон позвонил сэру Джозефу Локвуду, президенту EMI, и заявил, что, «будучи соотечественником «Битлз»», идеально подходит для того, чтобы эту награду им вручить.
Так и случилось, что 19 марта 1964 года на многолюдном званом обеде в отеле «Дорчестер» лидер оппозиционной партии произнес речь, восхваляющую «Битлз»:
Характер этого события не политический, и о политике вы от меня не услышите ни слова. Разве что я поддамся искушению. Вчера я заявил то же самое, и искушение было сильным. На днях лидер кое-какой партии — его имя из меня не вытащить и клещами — все же попытался вовлечь наших друзей «Битлз» в политику. Вероятно, у него на то имелись свои резоны, но мне, как парламентскому представителю от графства Мерсисайд, остается только с горечью вопрошать: неужто не осталось ничего святого? Дабы и впрямь не удариться в политику, я лишь повторю сказанное музыкальным корреспондентом «Таймс», который назвал музыку «Битлз» самобытной по натуре и блестящим образцом творческой изобретательности. Уверен, корреспондент «Таймс» говорил за всех нас, написав о наших друзьях «Битлз», что их музыка, «с ее гирляндами пандиатонических аккордов»[380], — гармонически одна из самых интригующих.
Вильсон по-хозяйски засуетился, когда «Битлз» вышли на сцену получать награду.
Спустя несколько недель Эдвард Хит, недавно возглавивший министерство торговли, пошутил: мол, «Битлз» приносят так много денег, что в одиночку «поддерживают всю экономику страны».
