Девушка резко развернулась и побежала в другую сторону, противоположную от Лагеря и поляны, где находился Нико. Внутри образовалась пустота, которую уже, казалось, ни что не в силах заполнить. Кэйли добежала до ручья и села неподалеку, спиной упираясь на огромный камень и не сдерживая рыданий. Боль терзала ее изнутри, в памяти всплывали счастливые моменты, и девушка никак не могла понять, почему он так с ней поступил, зачем обманывал и притворялся.
Прошло время, и Кэйли услышала шорох неподалеку. Она ловким движением выхватила свой меч, но к счастью, никто не нападал. Это была всего лишь Хейзел. В тот момент, когда дочь Плутона увидела подругу и узнала, что случилось, она, честно говоря, была готова убить Нико за то, что тот причинил этой девушке такую боль. Второй раз полубогине приходилось видеть Кэйли в таком состоянии. Впервые подобное произошло после смерти отца и мачехи. Хейзел принялась успокаивать подругу, и лишь через пару часов девушки пошли к Лагерю, хотя на Кэйли до сих пор лица не было.
Полубогиня не спала целую ночь, сначала плача в подушку, позже размышляя. В последнее время в жизни девушки были лишь боль и потери, и сейчас пришло время все менять. Солнечные лучи просачивались сквозь шторы и освещали комнату, а с улицы слышались возгласы полукровок. Казалось бы, обыкновенное утро в Лагере, но за эту ночь девушка полностью разобралась с мыслями и приняла решение, которое многие друзья не одобрят. Действительно, удивительно, как всего за пару часов, за ночь, можно изменить мысли, которые изменят твою жизнь. А в том, что ее жизнь изменится, Кэйли не сомневалась.
Приведя себя в порядок, полубогиня поспешно оделась, вышла на улицу и направилась к трапезной, поскольку большинство ее друзей сейчас должны быть там. Девушку встретила обыденная суета, из-за столов махали знакомые ребята, но она направилась к жаровне, возле которой как раз стоял Перси с Аннабет. Бросив взгляд на столик Аида, Кэйли облегченно выдохнула, увидев там одиноко сидящую Хейзел, которой помахала, жестом подзывая к себе. Она подошла к жаровне, и Перси, как и его девушка, сразу же обнял дочь Ириды, при этом, не забыв спросить все ли в порядке, на что полубогиня заставила себя улыбнуться и ответить, что все отлично. Кэйли вовсе не хотела, чтобы ее лучшие друзья лишний раз волновались. Она наслышана, сколько всего они пережили, поэтому знала, что они как никто заслуживают спокойствия и счастья. Это и было основною причиною того, почему она не желала всех грузить своими проблемами. Когда Хейзел подошла к ним, Кэйли промолвила:
— Нам нужно поговорить.
Ребята кивнули и направились вслед за ней в сторону выхода. На улице светило яркое солнце и только легкий ветерок придавал окружающей среде свежести и прохлады. Кэйли остановилась возле трапезной. И хотя разговор планируется быть приватным, девушка решила не идти далеко, все равно все полукровки уже завтракают и пока никто не ходит, а когда завтрак будет подходить к концу, то к тому времени они обо всем поговорят. Кэйли думала даже собрать Лео, Пайпер, Джейсона и других, но все же решила сначала сообщить о своем решении, именно, этим троим. За лето ребята сильно подружились, а сестра Нико постоянно была рядом с дочерью Ириды и поддерживала ее в трудные моменты.
— Заранее прошу не реагировать слишком эмоционально на мою новость. Я много думала и уверена, что приняла правильное решение, хотя знаю, что вы его не одобрите. Пройдет время, и вы поймете меня,— начала Кэйли. Каждое слово давалось с трудом, она прикрыла глаза и прошептала:
— Я уезжаю.
Ребята переглянулись.
— Ты точно уверена? — грустно прошептал Джексон.
— Да, Перси, так будет лучше. Мне нужно подумать и, по правде, я не хочу так жить. Это не мой мир. Я хочу спокойствия.
— Ты полубогиня. Это не может быть не твоим миром, — ответила Хейзел, — мы не хотим, чтобы ты уезжала.
— А как же монстры? В обычном мире их тысячи, ты сама видела. Думаешь, они позволят тебе спокойно жить? — спросила Аннабет.
— Да, я размышляла об этом. Я дочь Ириды, меня им сложнее найти, чем, если бы я была ребенком Большой Тройки, к примеру. К тому же, всю жизнь до этого лета я жила с родителями, и ни разу на меня никто не напал. В крайнем же случае, благодаря вам я теперь смогу защититься.
— Это плохая идея, — промолвил Перси.
— Вы все на учебный год разъезжаетесь. Я так же само уеду, просто не вернусь летом. Не пытайтесь меня удержать. Я не могу остаться, как бы ни хотела. Простите,— проговорила Кэйли. Да, она знала, что друзья так легко не отпустят, но надеялась, что просто осознают и примут ее решение.
— Мы понимаем тебя, — начала дочь Плутона, а потом обратилась к Джексону и Аннабет: — Ребята, вы не оставите нас на пару минут?
Дочь Афины понимающе кивнула, и направилась к трапезной с Перси, а Кэйли повернулась, провожая их взглядом. Когда они уже сели за столик, дочь Ириды вновь повернулась спиной к обеденному павильону и лицом к дочери Плутона.
