Стены виллы были искусно отделаны мрамором, а огромные окна украшала удивительной красоты фигурная резьба. Полы его комнат устилали ковры ручной работы, на стенах висело холодное оружие, самому неказистому из которого было по меньшей мере триста лет. Мебель дон Марчано признавал только ту, что была изготовлена из ценных пород дерева, опять-таки вручную и обязательно с золотой инкрустацией. Одевался исключительно у дорогих, всемирно известных кутюрье. Будь то костюм или белье, сорочка или галстук, изготовлялись обязательно по индивидульному заказу. Дон Марчано тщательно и даже ревниво следил за своим внешним видом, всеми фибрами своей души желая походить на человека из высшего общества.
Тем не менее, плебейское происхождение упорно вылезало наружу, как ни пытался он скрыть от окружающих это обстоятельство. Никакие деньги не могли изменить его. Речь, походка, мясистое лицо и маленькие злые глазки упорно кричали о том, что их обладатель – простолюдин.
В свои шестьдесят пять лет мафиози сильно располнел, отчего сильно потел при ходьбе и тяжело дышал. В последнее время частенько пошаливало сердце, и он даже ненадолго ложился в клинику. Произошло это досадное событие после крупного инцидента с участием Чарльза Гринвуда и шефа службы безопасности института Майкла. Старый «дон» очень не любил вспоминать о той истории, а те, кто в силу любопытства или по иной причине, пытались узнать подробности, почему-то исчезли. Навсегда.
Удобно развалясь в кресле и насупив косматые брови, старик лениво наблюдал, как его любимый племянник, Витторио Марчано, разливал в миниатюрные, с наперсток, чашечки кофе. Сторонний наблюдатель никогда бы не догадался, что от воли этих двоих зависят жизни тысяч людей. Между тем дядя, а впоследствии и его племянник прослыли едва ли не самыми жестокими и коварными главарями итальянской мафии, для полиции – неуловимыми. Не потому, что прятались где-то, о нет, их место жительства ни для кого не являлось секретом, а потому, что доказать их причастность к убийствам, наркоторговле и многому, многому другому до сих пор не удавалось. Никому.
Витторио, в отличие от дяди, во внешних атрибутах чурался роскоши, в быту обходился минимумом необходимого, щеголял в дешевых костюмах, купленных в супермаркете, и даже дом его был точно таким, как и тысячи других домов в Неаполе и его окрестностях. Его единственной страстью была власть, безраздельная и безграничная. Умный, циничный и дальновидный племянник по праву занял место преемника, и Витторио знал, что придет день, когда он возглавит клан Марчано.
Ему было всего тридцать два года. От покойного отца ему достался высокий рост и черные, как смоль, курчавые волосы. А вот от матери, погибшей вместе с отцом, едва сыну исполнилось два года, удивительно выразительные синие глаза и милое, нежное лицо. Это был красивый молодой человек, но тонкие губы, которые редко трогала улыбка, и внимательный взгляд с прищуром несколько портили впечатление о нем как о мечтательном романтике. Напротив, Витторио был прагматиком до мозга костей, целеустремленным и безжалостным ко всем, кто осмеливался стать ему помехой в чем бы то ни было.
Два мафиози не спеша пили густой, черный кофе и вполголоса обсуждали детали семейного бизнеса. Дела шли в гору, принося очередные миллионы, настроение у обоих было приподнятое.
- И последнее, дядя,- закончив отчет о проделанной работе, коснулся Витторио темы, которая волновала его сейчас больше всего,- люди Чарльза Гринвуда сегодня вылетели на Украину, в Крым. Наш человек на таможне составил список их багажа: высокоточное измерительное оборудование, средства связи и компьютеры. Хотя официальная цель их поездки - археологические раскопки вблизи бухты Ласпи.
- Что за раскопки?- спросил дядя будничным голосом и потянулся к кофейнику.
Витторио понял: дядя крайне заинтересован.
- Прошу,- почтительно подал он старику чашечку с очередной порцией кофе.
Врачи категорически настаивали на том, чтобы он и думать забыл об этом напитке. Предупреждали, что его больное сердце когда-нибудь не справится с повышенным содержанием кофеина в его немолодом организме, но упрямый старик пропускал их мрачные предостережения мимо ушей.
- Еще чего,- как-то в узком кругу бурчал мафиози,- да скорее солнце будет всходить с запада на восток, чем я перестану пить кофе.
Племянник возражал лишь для виду, изредка, справедливо рассудив, что своим упорством дядя скорее отправится в мир иной и освободит тем самым трон всесильного мафиози для него, Витторио.
- Не так давно,- продолжил молодой человек,- русский ученый, профессор Бориско, отыскал следы «солнцепоклонников». Статьи об этом появились во многих научных изданиях. Георгий Кандалаки от имени Гринвуда заключил с русским контракт.
- Что за контракт?
- Они финансируют раскопки, выпускают документальный фильм и книгу.
- Продолжай.