— Девчонки часто дразнят меня из-за этой слабости. Они называют это рыбачить. И часто спрашивают, поймал ли я златоглавого дракона. Это они тебе сказали, где я нахожусь?
Оникс покачала головой, хотя Бэрил сидел к ней спиной и не мог видеть.
— Я "высветила" твои следы, — пояснила она.
— Ты быстро учишься, — Бэрил подвинулся и сделал пригласительный жест рукой. Помедлив, Оникс села, — не помню, чтобы учил тебя этому.
— Меня научил садовник, — она не решилась посмотреть на него, вместо этого уставилась в воду. Их лица белели смутными пятнами в воде.
— Ты что же, поладила с ним?
— Не совсем. Он очень хотел, чтобы у меня ничего не вышло. А когда всё получилось сказал, что это случайность.
— Ясно.
Совсем рядом с ногой Бэрила в воде мелькнуло что-то белое и большое. Не златоглавый ли дракон?
— Оникс, я хочу, чтобы ты знала, — Бэрил смотрел на неё спокойно и грустно, — сейчас я такой, каким ты видишь меня. Прошлое безвозвратно ушло. Я не был идеален, о нет! Я делал много зла. Стыжусь этого. Никогда больше не свяжусь с Лигой теней. Эта часть моего "я" умерла.
— Что заставило тебя сделать это? Покинуть отца и всё, к чему ты привык с детства?
— Однажды я, маясь бездельем, зашёл в одну из тех лавок, в которой мы были с Сином. Ею управлял один из членов Лиги, друг моего отца. Я решил развлечься предсказанием. Провидец, к которому я обратился, был очень дряхл и страшен на вид. Его кожа почернела от многочисленных татуировок, которые уже не исчезали. Ясно было, что его сила истощила его и ему недолго осталось. Но тогда всё это меня не волновало. Провидец принял яд, который нужен для видений, и коснулся моей руки. Он передал мне свои видения, а потом повалился без сил. Иногда они так делают. И я… увидел нечто ужасное и прекрасное одновременно.
— Что же это?
— Две грани своей судьбы. С одной стороны, меня ждала жестокая и скорая смерть. Я вышел оттуда на негнущихся ногах. Видение завладело мной окончательно. Я видел за Гранью себя и отца. И решил, что сделаю всё, чтобы первое видение не сбылось.
— И ты ушёл из Лиги?
Бэрил кивнул, глядя на свои руки.
— Только ушёл — просто сказать. Из Лиги не уходят. Лишь смерть даёт свободу от Лиги. Я сбежал, полностью изменив внешность, сменил имя.
— И переехал сюда?
— Не сразу. Но да, переехал.
— А что твой отец?
Бэрил болезненно поморщился:
— Я пришёл к нему перед этим. Уговаривал его завязать с Лигой. Рассказал о видении. Но он слышать ничего не хотел. Он был в ярости, грозил мне всяческими карами. Ни к чему мы так и не пришли. Я ушёл той ночью, ничего не взяв с собой. Даже не зашёл домой за вещами, так как знал, что там меня будут ждать. Отец погиб спустя какое-то время. Он, пусть не сразу, но осознал мою правоту. И Лига уничтожила его. Так что, как ты понимаешь, мне есть за что ненавидеть её.
— А второе видение? Ты видел что-то хорошее? Другое будущее?
Бэрил склонил голову набок, неожиданно улыбнувшись.
— Я увидел тебя.
Оникс смущённо опустила глаза. Она не знала, куда деть руки.
— Моё лицо?
— Нет. Но я знал, что это ты.
Бэрил смотрел на неё с непонятным выражением на лице. От его обычного спокойствия не осталось и следа. Рыжий огонь зажёгся в его глазах, это было жутковато. Оникс хотела отодвинуться, но он взял её за руки и крепко держал.
— Я давно хотел тебе рассказать. Все мы, маги, хотя бы раз в жизни видим сон о том, как Лицемер наделяет нас магией. Кто-то чаще, кто-то реже.
— Я знала, что это необычный сон! — воскликнула Оникс, — он всегда пугал меня.
— Но не меня, — горько усмехнулся Бэрил, — я гордился своим даром, пусть даже тёмным. На самом деле это не сон, а воспоминание о том, что происходило с нами до нашего рождения.
— Как же такое возможно?
— Возможно всё, разве ты ещё не поняла? Когда мы пили из чаши, я стоял за твоей спиной. Я не знал кто ты, но мне всегда хотелось узнать это. Я видел, что ты чувствуешь. Ты единственная в нашем кругу, кто сопротивлялась своему дару. На то, чтобы найти тебя, мне потребовалось много времени. Но как только я узнал о принцессе, которой самой судьбой уготовано быть тёмной колдуньей, а она прячет свой дар, я знал, что, наконец, нашёл тебя. И теперь могу сказать, что ты нужна мне. Мы с тобой похожи. Ты не станешь это отрицать.
— А тот голос, что я слышала с детства?
— Это был я. Я пел тебе песни на древнем наречии магов, чтобы они придали тебе сил, укрепили твоё сердце и осветили дар.
— Я была так благодарна этому голосу… — прошептала Оникс, её щёки раскраснелись, кожа пылала, — но не верила, что встречу его обладателя.
Он притянул её к себе и поцеловал. Принцесса закрыла глаза. Сердце билось в груди как колокол, его стук отдавался в ушах.
Огромная волна пронеслась над морем, и их окатило водой. Бэрил отпустил Оникс и медленно поднял руки, с которых стекала вода. Он был в ярости.
— Ну не можешь ты, змей, спокойно смотреть на чужое счастье! Сейчас я спущусь к тебе.
— Бэрил! Не надо, — Оникс испуганно ухватила его за руку, — пойдём отсюда. Или мне теперь называть тебя Ишгар?
