Мое сердце готово было выскочить из груди, и тут с севера донесся порыв ветра.
– Он здесь! – крикнул Гаррик.
Я посмотрела налево. Там, где всего несколько мгновений назад было пустое место, материализовался Шрадх. В передней лапе он сжимал знакомый риберстадский шкаф. Они добрались, но кинжал у горла Миры никуда не делся и не позволял мне почувствовать хоть какое-то облегчение.
– Покажите его мне, – велела Теофания.
Ксейден повернул голову, и клубившиеся у его ног тени поползли мимо Боди. Гаррик спешился, затем медленнее, чем обычно, направился к риберстадскому шкафу, на ходу доставая из кармана ключ. Чтобы открыть дверцы, ему потребовалось всего несколько секунд.
– А вот и он. – Теофания улыбнулась, но я не рискнула отвести от нее взгляд, чтобы проверить, как дела у Джека, тем более что Мира выглядела так, словно в любой миг могла потерять сознание. – Осталось уладить всего одно маленькое дельце, и мы можем начинать.
Я вздернула подбородок:
– Мы с Джеком здесь. Наша часть сделки выполнена. Отпусти Миру и Тейна.
Бреннан стиснул кулаки.
– Это не входило в условия сделки. – Теофания цокнула языком. – Я сказала, что мы оставим Дрейтус в целости, а не что я сохраню твоей сестре жизнь. – Ее рот изогнулся в жестокой улыбке. – Первое, что нужно о нас знать, – мы всегда крайне тщательно подбираем слова. А второе? Мы еще и лжем.
И с этими словами она перерезала Мире горло.
– Мира!
Мой вопль перекрыл рев дракона. Алая кровь хлынула из раны на горле моей сестры.
Кажется, все начало происходить одновременно, словно группа музыкантов получила сигнал к началу выступления.
– Время играть, Вайолет! – прокричала Теофания и швырнула кинжал… в Джека.
Море серых крыльев взмыло в воздух на юге. Мои ботинки утопали в густой луговой траве. Ксейден направил поток теней на Теофанию, но черные жгуты устремились и к югу.
Какого хрена?
На размышления не было времени. Я уже неслась к темной заклинательнице, выхватив кинжал с навершием из сплава, как вдруг ближайшая виверна поднялась в воздух, пролетела над головой Теофании и подхватила ее когтями.
Мира рухнула на колени, обеими руками схватившись за смертельную рану на шее. Все остальное внезапно утратило важность. Перестала что-либо значить месть. Потерял всякий смысл Дрейтус. У моей сестры оставалось всего несколько секунд.
Малек, ну пожалуйста, нет…
– Все в порядке… – срывающимся голосом солгала я.
Отбросив кинжал в сторону, я рухнула на колени и подхватила падающую на бок Миру. Прижала пальцы к пульсирующей ране на ее горле, и по ним заструилась кровь.
Давление. Ей нужно давление.
«Только не Мира!» – беззвучно кричала я в никуда, тому божеству, кому хватит совести меня услышать, и давила пальцами все сильнее, словно таким образом могла заставить кровь вернуться обратно в тело. Мое дыхание сделалось прерывистым – мне самой не хватало кислорода.
Мира смотрела на меня широко распахнутыми от шока глазами. Я заставила себя улыбнуться, чтобы, когда моя сестра встретится с Малеком, она не испытывала страха.
– С тобой все будет хорошо.
Я отчаянно кивала в такт своим словам, зрение расплывалось.
– Подвинься. – Рядом со мной упал на колени Бреннан, и я едва успела отдернуть пальцы от горла Миры, когда там оказались руки моего брата. – Ты будешь жить, ты слышишь меня?
Он закрыл глаза, и на лбу его тотчас выступили капли пота.
Такое вообще возможно?
Бреннан был силен, но я не могла вспомнить ни одного всадника, которого спасли бы на поле боя с такой тяжелой раной. Мира обмякла, и мое сердце сжалось, но, несмотря на стекающие по ее шее струи крови, моя сестра все еще продолжала дышать.
