Ониксовый шторм полностью

– Хорошо. – На лице Ри медленно расползлась улыбка. – Когда закончите, найдете нас в лазарете. – Она кивнула и поднялась по ступеням в ротонду.

– Ты сказала второкурсникам, чем занята Мира? – шепнула Имоджен с оттенком обвинения в голосе.

– Только всадникам, – возразила я так же тихо. – Если попадемся только мы, это измена, но если летуны…

– То это война, – договорила за меня Имоджен.

– Ридок, ты что, заморозил дверь? – раздался окрик Ри с лестницы. Она всем своим весом навалилась на ручку правой створки, а потом плюнула и прошла в левую. – А ну, вернись и отмораживай, живо!

– Да уж. Кому говорить, как не им. – Имоджен потерла переносицу, а изнутри ротонды послышался хохот Ридока. – Вы вчетвером – сплошная головная боль. Чудо, если мы все это провернем и нас не казнят.

– Тебе участвовать необязательно. – Я смотрела на нее так, как и не мечтала бы полтора года назад. – Я все равно это сделаю, с тобой или без тебя.

– И откуда такая наглость, а? – Уголок ее рта пополз вверх. – Расслабься. Если план придумывает Мира, я, конечно же, в деле.

– Она не умеет проигрывать.

– Уж это я поняла. – Снег хлестнул нам в лица, и взгляд Имоджен посерьезнел. – Но, пожалуйста, скажи, что ты не разболтала своей авантюрной четверке, почему мы это делаем.

– Конечно, нет. – Я сунула перчатки в карман. – Он до сих пор бесится, что я «отяготила знаниями» тебя.

– Тогда пусть перестанет делать глупости, чтобы за ним не пришлось подчищать. – Она потерла замерзшие ладони и последовала за мной вверх по ступеням. – Слушай, я хотела сказать это наедине, потому что мы тут поговорили с Гарриком и Боди…

– Без меня? – Я напряглась.

– О тебе, – без тени смущения пояснила она.

– Еще лучше. – Я потянулась к ручке двери.

– Мы решили, что тебе стоит задуматься о твоем ночлеге.

Моя рука сжалась на ручке, и я подумала, не садануть ли Имоджен дверью в лицо.

– А я решила, что вы все можете пойти на хрен. Я от него не сбегу. Даже когда он теряет контроль, он меня не трогает. И никогда не тронет.

– Я их предупреждала, что ты так и скажешь, но не удивляйся, если они не отстанут. Рада слышать, что хотя бы ты еще предсказуема, в отличие от Риорсона.

– Как он этим утром?

Мои щеки покраснели, когда мы вошли в ротонду, и я надвинула капюшон обратно. Без классов, построений и всякого ощущения порядка учебное крыло стояло заброшенным, но зал собраний и общие комнаты были забиты слонявшимися без дела, взволнованными, встревоженными кадетами, которые хотели только пережить следующий патруль и выместить свою досаду на ком-нибудь еще. Любой из нас убил бы за нормальный, прежний инструктаж.

– Как всегда, угрюмый и упрямый, – ответила Имоджен.

Мы молча прошли по коридорам жилого корпуса, миновали компанию прожигавших нас взглядом второкурсников из Первого крыла – в том числе Кэролайн Эштон, а значит, те, кто заставляет говорить правду, ее уже проверили. Благо лестница в квадрант целителей оказалась пустой.

– Собираешься ему рассказать, что мы задумали?

– Он знает, что нас отправят на поиски рода Андарны. Остальное? Ему лучше не знать. – У туннелей я кивнула паре аретийских всадников из Третьего крыла, но снова заговорила, только когда они остались позади. – Он переживает из-за возможности случайной утечки – глупо, и все же я уважаю его желания.

– Жду не дождусь, когда он узнает, что ты возглавила собственное восстание. – Имоджен ухмыльнулась, когда мы миновали крытый переход в квадрант целителей.

– Это не восстание, а я… я его не возглавляю.

Ксейден, Даин, Ри: вот они – прирожденные предводители. Они вдохновляют и отдают приказы в интересах отряда. А я просто делала то, что в моих силах, чтобы спасти Ксейдена.

– В том числе ищешь род Андарны? – Имоджен распахнула дверь в квадрант, и я последовала за ней.

– Это другое, и я ничего не возглавляю, я… просто помогаю выбрать лидера. Ну, или хотя бы надеюсь, что у меня это получится. – Я снова подумала, как же многолюдно тут стало, проходя мимо тихо лежащих пациентов – в основном в голубой форме пехоты, – и увидела, что среди них снуют писцы в капюшонах: наверняка собирают рассказы с поля боя. – Звучит похоже, но суть разная.

– Неужто? – Имоджен не скрывала сарказма. – Ну что ж, послание доставлено, я сказала, что хотела. Сообщишь, когда вернется Мира. – Она направилась к главному кампусу. – Передавай Сойеру привет. И удачи сегодня днем!

– Спасибо, – сказала я ей вслед и повернулась к лазарету.

Когда я вошла в двойные двери, в нос ударили запахи трав и металла. Я посмотрела направо и помахала Трегеру – он с летунами, обученными исцелять, помогал чем мог.

Тот кивнул в ответ, стоя возле койки пациента, затем взял иголку и нитку. Я зашагала быстрее, чтобы не мешать целителям, сновавшим туда-сюда и то и дело нырявшим за занавески, где на рядах коек отдыхали раненые. Из последней импровизированной палаты послышался смех Ридока. Бледно-голубые занавески были отдернуты и подвязаны кверху, открывая взгляду ворох зимних летных курток в углу и примерно половину второкурсников из нашего отряда, сгрудившихся у койки Сойера.