Ксаден входит первым, и я спускаюсь следом по каменной лестнице. Естественный свет освещает наш путь сквозь небольшие щели в каменной кладке, и мы проходим мимо двух дверных проемов, спускаясь на первый этаж.
Офицер толкает дверь у подножия лестницы, и мы с Хаденом входим в тенистый переулок между каменными зданиями, примерно на фут шире плеч Хадена. Рукояти его мечей соприкасаются с камнем на расстоянии нескольких дюймов.
Мы доходим до конца переулка и выходим на открытую мощеную улицу. На вид он тридцати футов в ширину и, если папины записи верны, является частью жилого района, но нет ничего домашнего в одетых в кожу солдатах, выстроившихся вдоль улицы, лишь немногие из которых носят приглушенно-зеленую кожаную форму. Солдаты в бледно-голубой форме носят на ногах металлические поножи. Но те, что в серебре, стоят перед следующими воротами с обнаженными мечами, металл их бронированных нагрудников отражает утренний свет.
По крайней мере, опускная решетка не была опущена.
-Подожди здесь. Капитан выводит нас в середину, затем уходит, когда один из солдат в синем кричит что-то слева.
Мы с Ксаденом встаем спина к спине.
-Их две дюжины, а нас только двое, - шепчу я, переводя взгляд с солдата на солдата, отмечая, что у них по двое перед каждой дверью.
Сверху рычит Сгэйл.
-Четыре, - тихо напоминает мне Ксаден, касаясь своим мизинцем моего. “И мне действительно не хватает этой связи прямо сейчас”.
-Я тоже. Я держу руки поближе к клинкам, не давая охранникам повода нанести удар, борясь со страхом, который угрожает замедлить мое суждение, когда небо темнеет от тяжелых туч.
Стражники справа от меня расходятся, и вперед выходит капитан, за ним следуют Эйрик, Дейн и Кэт.
“Приветливая компания”, - замечает Кэт, когда они добегают до нас.
“Сюда”, - приказывает капитан, затем шагает к солдатам в серебряных мундирах, блокирующим следующие ворота.
“Держись поблизости и не дай себя убить”, - говорит Ксаден Аарику, когда мы следуем за кавалерийским офицером. Солдаты, идущие по обе стороны от нас, попеременно наблюдают за нами и поглядывают вверх, как будто Таирн и Сгэйль могут решить, что с них хватит стены.
Солдаты начинают спорить, когда мы приближаемся к воротам, но я различаю только
“Они хотят, чтобы состязание состоялось на этой... станции”, - переводит Дейн из-за моей спины, пока Сгэйль и Таирн идут вдоль стены над нами, не отставая. “Они не хотят, чтобы мы приближались к их главному храму”.
-Нас интересует не их храм, - бормочет Кэт рядом с ним.
Капитан должен выиграть спор, потому что охранники расступаются, пропуская нас. Я бросаю взгляд на их нагрудные знаки и нахожу выгравированный символ в виде двух скрещенных мечей, зажатых в центре когтем, — эмблему Данна.
Здесь нет жилых домов, только два сектора террасных кресел, встроенных в стены с обеих сторон, оставляя открытую площадь перед самым большим храмом, который я когда-либо видел. Он, без сомнения, высотой с Таирн. Длинная остроконечная крыша покрыта такой же бледно-голубой черепицей, как и весь остальной город, а шесть широких колонн, поддерживающих фасад, выполнены из серого гранита. Отполированные камни переливаются на свету, отчего кажутся почти серебряными, и на каждом вырезан свой символ.
Все орудия ведения войны.
Рядом с этой колонной находится скульптурная композиция, посвященная богине, - сверкающее серое изображение ее подобия, достигающее самой нижней линии крыши. В левой руке она держит меч, направленный в нашу сторону, а в другой - щит, защищающий правый край ее виска. Ее длинные волосы заплетены в косу по одной стороне туловища, и она одета в длинную, подпоясанную мантию с бронированной нагрудной пластиной.
“Вау”, - шепчет Кэт, когда охранники в форме проходят позади нас, занимая позиции по бокам площади, пока мы движемся к более темным камням между террасами.
Служители в синих одеждах поднимаются по ступеням храма, и мои шаги замедляются.
У каждого из них серебристые волосы.
Не серый.
Не белый.