Ждать не пришлось больше ни секунды. Одно движение, и головка члена давит на вход. Рука прижимает к мужскому телу так, что не вырваться, и опускается все ниже. Палец внизу ласкает, отвлекая и не позволяя передумать. Меня взрывает удовольствием и тут же пронзает тупой тянущей болью.
— Боже, Захар, — вцепляюсь зубами в основание его шеи и прикрываю глаза. Всполохи оргазма смазывают болевые ощущения, которые постепенно затухают и проходят. Остается только сильное тянущее чувство. Распирание от члена внутри.
— Больно? – спрашивает нетерпеливо, не выпуская меня из рук.
— Прошло, — мотаю головой. — Я тебя укусила.
— Тебе можно, — разворачивает нас в воде и прислоняет меня к бортику. Шире разводит мои ноги под водой и начинает движение. Сначала мне просто тянет, но постепенно ощущения становятся все приятнее и приятнее. Вода вокруг расплескивается и льется на пол. Захар цепляется ладонью за бортик и смотрит на меня безумно.
У него больше не получается сдерживаться, а я и не прошу, сама подаюсь навстречу нетерпеливо и обнимаю его бедра щиколотками. Пятками прижимаю упругие ягодицы.
Захара срывает окончательно. Глаза в глаза, поцелуи. Укусы. Требовательные пальцы на моих бедрах.
Мужчину накрывает мощно, и меня вместе с ним. Тело колотит во втором оргазме, меня немного выбивает из реальности.
— Верочка, — слышу в ухо, — прости, малыш, снесло крышу к чертям.
— У меня тоже, — смеюсь ему во влажную шею и целую.
— Я кончил в тебя.
Растерянно смотрю на Захара, пытаясь осознать, что он говорит. Расцепляю ноги, которыми все еще прижимаю его к себе. В голове проносится мысль, что ЭКО в моем случае, похоже, отменяется. Деньги можно не собирать.
Захар садится в центре ванной, половины воды в которой нет, и тянет меня к себе, опять целует и обнимает.
— Не думай об этом, я подумаю сам.
— Хорошо, — соглашаюсь без разговоров, потому что они явно не помогут. Тут либо повезло, либо две полоски. Об экстренной контрацепции думаю со скрипом.
Прими таблетку, и гормональному фону хана минимум на полгода. Аня такую принимала, делилась.
— Мне кажется, я больше не хочу принимать ванну, — шепчу у Захара на груди, — тут почти нет воды.
— Ты права, — он осторожно выбирается из ванной и оборачивает полотенце вокруг бедер. Разворачивает еще одно большое для меня, и я быстро в него кутаюсь.
— Идем, — в спальне Захар оставляет меня в постели, а сам отправляется убрать воду. Не забывает страстно поцеловать перед уходом. В комнате гасит верхний свет, оставляя только прикроватные лампы.
До его возвращения глупо улыбаюсь и кусаю губы. Мне было волшебно хорошо. Секс, он ведь разный бывает, девочки в моей бывшей изврат-конторе чего только не рассказывали. И мужчины разные, и ощущения от неземных до мерзких. Некоторые девушки вообще ничего не чувствуют. Я часто задумывалась, как бы это было у меня.
— С ума сойти, — шепчу себе и закрываю лицо ладонями. Резко поворачиваюсь, когда матрас рядом прогибается. Захар серьезен, смотрит и почти не мигает. Явно собирается что-то выдать.
— Спать хочу, — с трудом подавливаю зевоту, устраиваясь у него под боком. Когда мужчина все равно пытается заговорить, кладу палец ему на губы. Мне нужно еще немного волшебства этого вечера.
Утыкаюсь носом в горячую грудь, игнорируя, что становится жарко, словно в печке, и прикрываю глаза.
За всю ночь мне не приснилось ни единого сна. Организм отключился, позволив полностью отдохнуть и набраться сил.
Открыв глаза утром, натыкаюсь взглядом на профиль Захара. Он размеренно дышит, предоставив свою руку в качестве подушки. Сам развалился звездочкой, прикрывшись одеялом до пояса.
Осторожно сажусь рядом и подтягиваю к себе коленки. Кладу на них голову и медленно изучаю идеальный образчик мужчины перед собой. Запоминаю каждую черточку. Внутри меня затапливает какой-то щемящей нежностью. Замираю, когда ему начинает сниться что-то не очень приятное, и глаза мечутся под веками, губы напрягаются.
Мне так хочется, чтобы даже во сне его никто больше не беспокоил, что я кладу ладонь Захару на грудь и начинаю поглаживать. Как ни странно, это помогает, и мужчина расслабляется.
Еще некоторое время залипаю на красивом лице и медленно сползаю с кровати. На цыпочках захожу в ванную, где накидываю халат, и спешу вниз.
Мои ощущения слишком непривычные сейчас, и я хочу немного их переварить в одиночестве.
Чтобы занять руки, готовлю нехитрый завтрак из омлета и свежих овощей. Варю кофе.
Все время, пока нахожусь на кухне, мои глаза так и примагничивают лестница и дверь в спальню второго этажа. Интересно, Захар уже проснулся или еще спит? Может быть, мне стоит подняться и проверить? Принести ему кофе? Разбудить поцелуем? Ему понравится?
Вынимаю из шкафчика большую чашку и готовлю для Захара кофе покрепче. Сжимаю гладкий фарфор в руках и нерешительно смотрю наверх. Все тело покрывают легкие мурашки от предвкушения.
Пытаюсь понять, насколько это вообще нормально — до зуда хотеть быть рядом с мужчиной? Наверное, нормально, просто непривычно для меня.
