Он садится за руль и блокирует центральный замок. На меня смотрит опять с улыбкой. Нажимает на газ, позволяя машине сорваться с места. Из-под колес летят пыль и шишки, позади остается маленькое уютное место, где мне было хорошо. Страшно подумать, куда Давид собирается меня тащить и что будет со мной делать.
Я уже поняла, что у него достаточно денег и мозгов, чтобы спрятаться от Захара. И меня спрятать. Давид выследил нас в предыдущем месте, поэтому мы уехали. И здесь тоже. Улучил момент, выкрал меня. Боже, что дальше?
— Куда мы едем? – поджимаю голые ступки и обнимаю себя руками. Влажные волосы холодят кожу.
— Тебе понравится, — Давид включает обогрев и продолжает вести машину по проселочной дороге. Я же жадно всматриваюсь в обе стороны дороги, надеясь, увидеть внедорожник Захара. Деревья мелькают с бешеной скоростью, в просвете все чаще виднеется голубой проблеск воды. Тут река рядом и, насколько я помню, Захар говорил, что тянется она на много километров. Мост далеко справа.
Мы выворачиваем с заносом на гладкий асфальт, и в зеркале заднего вида мелькает внедорожник. Я дергаюсь и перевожу взгляд на Давида, который становится мрачнее тучи.
— Остановись, пожалуйста, — сжимаю кулаки и упираю их в колени, — пожалуйста, Давид. Я его люблю! Отпусти меня!
— Не могу, Вера, — Давид увеличивает скорость. Машина в зеркале становится меньше размером.
— Давид, если у меня и есть пара, то это он, прости, — подаюсь вперед и кручу руль в свою сторону, отчего машина уходит в неконтролируемый занос. Вокруг визг шин, пляшущая картинка из деревьев, сменяющих синюю воду, и так по кругу. Затем следует удар, словно мы влетаем в бетонную стену. Меня впечатывает в подушку безопасности, и последнее, что вижу перед тем, как машину быстро заполняет вода — Давид. Его голова покоится на подголовнике, из носа тонкой струйкой течет кровь. В синих пронзительных глазах агония.
— Вера, — доносится через вату, и я пытаюсь осознать откуда. Вокруг темень и холод, — открой глаза, слышишь? — На грудь оказывается сильное давление, и я непроизвольно выдыхаю почему-то воду вместо воздуха. Закашливаюсь и беспорядочно шарю руками вокруг себя. Наконец понимаю, в чем дело, и разлепляю напряженные веки. В них ударяет светом, и я тут же встречаюсь со встревоженным взглядом Захара. — Дыши, милая. Дыши.
— Давид? – пытаюсь осмотреться в поисках машины, но ее не видно. — Где он?
— Тише, — Захар сгребает меня к себе на руки и сильно прижимает. Мы сидим на заросшем травой берегу перед озером.
— Он там? – до меня наконец доходит, и я вглядываюсь в реку передо мной. — Господи, Захар. Он выбрался?
— Не думай об этом, — горячие руки удерживают меня на месте, не позволяя вырваться.
— Это я, я дернула за руль. Боже, — срываюсь в истерику.
Не слушая, Захар подхватывает меня на руки и несет к машине, которая стоит здесь же с распахнутой водительской дверью. Он откидывает заднюю крышку багажника и усаживает меня на нее, накидывая на плечи небольшое покрывало.
— Потерпи, малыш, нужно вызвать помощь, — он отступает к дороге, по которой медленно двигается видавшая виды «Лада» и жестами просит ее остановиться. Быстро переговаривается с водителем, звонит с его телефона, возвращается ко мне.
— Ты меня вытащил, — обнимаю Захара за талию и прижимаюсь к нему. — Я не хотела, чтобы так. Я испугалась, что ты не сможешь нас догнать, а Давид увезет меня неизвестно куда. Я просто хотела остановить его.
— Это несчастный случай, Вера, — Захар садится рядом со мной на откинутую крышку и затягивает к себе на колени. Он гладит, целует, шепчет слова успокоения, пока к нам не подъезжает целый кортеж из автомобилей. Несколько черных внедорожников, спецтехника, машины полиции. Из автомобилей выходят люди, среди которых я узнаю того самого Сергея, что видела в клинике. Он координирует действия окружающих, и ему подчиняются беспрекословно.
— Кто он? — спрашиваю слабым голосом.
— Старый друг. Раньше работал в полиции, сейчас у него свое агентство. Помогает таким, как я.
— Таким, как ты?
— Людям с деньгами и проблемами.
— Вы можете ехать, — Сергея подходит к нам. Он снова в черном деловом костюме с иголочки. Раньше я его не рассматривала. Но теперь — острые черты лица, холодный, цепкий взгляд, отточенные движения. Он весь опасный, хотя вот так сразу и не скажешь.
— Спасибо, Сергей. Как будут новости, сразу звони.
— Держи, — мужчина передает Захару его телефон, — до вечера наберу.
— Хорошо, — Захар помогает мне спуститься и усаживает на пассажирское сиденье, на котором я тут же сворачивать калачиком и забиваюсь в уголок. Все мои мысли находятся под толщей воды, где остался Давид. Я помню его опустошенный взгляд, от которого меня пробрало до костей. Его голос, тепло рук. Сильный, уверенный и живой. Господи, если из-за меня его больше нет, я не переживу. Не смогу с этим жить.
Время тянется, словно резиновое, пока мы в дороге. Мелькают города, пустоши, леса, озера. А я все там же, не могу развидеть и забыть. Вина съедает без остатка.
