Рот наполнился слюной. Вязкой, тягучей, словно сироп, который липнет ко всему, чего касается, стекая и оставляя разводы. Острые зубы, бесчисленное количество которых можно было сравнить с количеством звёзд на небе, были плотно сжаты, ожидая своего часа. Истеричный смешок так и норовил вырваться из груди, порождая другие, ещё более громкие и прерывистые. Пеннивайз поправил клоунское жабо, предварительно пригладив наверх пушистые рыжие кудри, которые, словно залакированные, торчали, закручиваясь на концах. Он сидел на краю дивана, проснувшись посреди ночи от сладкого запаха, который так и манил. Он исходил отовсюду, был знакомым и до жути приятным. Запах Марш. Каждая его частичка словно кричала «Съешь меня!», и клоун не мог себе в этом отказать.
Он встал, расправляя свой цирковой наряд и поворачиваясь к лестнице, ведущей на второй этаж. Его высокая искривлённая тень с когтистыми лапами в лунном свете была отчётливо видна на стене и поднималась всё выше, неестественно извиваясь, подобно сороконожке. Клоунские ботинки ступали по деревянным ступеням, звучно бренча, нарушая гробовую тишину. А запах становился всё сильнее, от чего слюна капала на деревянную поверхность, растекаясь по ней. Животное чувство голода проснулось глубоко внутри, спрятанное и подавленное. Оно было готово в любую секунду вырваться наружу, стерев с лица Земли любого, кто встанет на пути.
Пеннивайз остановился при входе в комнату, вслушиваясь в дыхание и ритмичный стук сердца Марш, которая мирно спала в кровати. Грудная клетка девочки поднималась и опускала при каждом вдохе и выдохе. Монстр пристально наблюдал за этим через щель, желая поскорее разорвать мягкую плоть, дабы последний такой вздох навсегда растворился в воздухе. Ещё одна капля слюны упала на пол, и клоун, не имея более причины задерживаться, прошёл внутрь, изнемогая от желания полакомиться детским мясом и страхом.
Махровое одеяло укрывало худое тельце, свернувшееся калачиком. Но об умилении не могло идти и речи. Это лишь показывало, насколько существо перед ним слабо и ничтожно, не стоя ровным счётом ничего. Клоун приблизился к кровати, нависая над неудачницей. Вязкая слюна упала ей на щеку, и девочка поморщилась, вытирая её с лица, не понимая сонным мозгом, что случилось. Она медленно перевернулась на спину, приоткрыв глаза, дабы увидеть причину её пробуждения. Желтые радужки блеснули в темноте помещения, заставляя вжаться в кровать от неожиданности.
