— Х-хорошо, вроде. Что ты тут делаешь?
— Ахах, прости, знаю, немного странно, что я здесь. Запомнил дорогу вчера вечером, когда провожал тебя. Видишь ли, мне сказали, что у вас на ферме есть овцы?
— Ну... да. У нас много овец.
— Отлично. Скажи, мог бы твой дедушка продать мне их шерсти? Знаю, странно, но поверь, мне очень нужно.
Мальчик изменился в лице. Столь бытовая, хоть слегка странная просьба вернула его к реальности, и он сразу обернулся к Памиру, который, причудливо дёрнув ушами, снова ткнул его в плечо. Матурин, естественно, уловил нотки волнения и не мог остаться в стороне. Есть у него такая черта, уж очень любит совать нос в чужие дела. В хорошем смысле, разумеется.
— Майк? Всё в порядке?
— А? Да, всё... всё хорошо. Прости, задумался. Тебе нужна была шерсть?
Ладонь сильнее сжала повод, и Неудачник через силу выдавил из себя улыбку. Но такой трюк, естественно, не сработал с проницательным собеседником, который уже почувствовал, как от Майка буквально разит отчаянием, хоть нос затыкай. Может, такой запах у Пеннивайза и вызвал бы восторг, но вот Черепаха был отнюдь не рад. Он посмотрел на коня, протягивая руку к его белой морде. Пальцы скользнули по гладкой шерсти, и лоб Мэта коснулся лба жеребца. На удивление, скакун отреагировал на это спокойно, словно ждал этого с момента, как тот подошёл к ним.
— У тебя очень хороший конь. Как его имя?
— Памир. Спасибо, он действительно лучший, — на этот раз уголки рта Майка поднялись сами по себе. — Но, боюсь, что... ему недолго осталось. Хорошо, что ты смог увидеть его перед...
Ком встал в горле, и Неудачник не смог продолжить, стиснув зубы. Матурин нахмурился, понимая, к чему тот ведёт.
— Хочешь сказать, его отвезут туда... — Черепаха приблизился к уху мальчика, словно боялся, что конь их услышит. — ...откуда лошади не возвращаются?
— Боюсь что так, — с горечью произнес парень, глотая обиду и грусть, как горькое лекарство, которое преподнесла ему жизнь. — Не знаю, что и делать... Прости, это не твоя забота. Зря я тебя загрузил.
— Нет, нет, для меня это не пустой звук, поверь, — замотал головой Черепаха, тряся голубыми прядями. — Может, я смогу тебе помочь?
Неудачник поднял на него глаза, в которых начала созревать идея. Похожее чувство испытывал Ричи, когда придумывал очередной «гениальный план».
