— Ты просто ребёнок, Пеннивайз. Я ходил за тобой по этому дому и слушал эти вещи, с каждой секундой понимая, что ты до сих пор не можешь понять весь ужас того, что ты натворил.
— Ах ты...
Монстр не успел закончить. Черепаха достал из неоткуда заострённое лезвие и вонзил ему в правое бедро. Крик Пеннивайза разнесся по всему зданию. Из раны начала течь кровь, а нога невольно дёргалась, из-за резкого сокращения мышц. Но Матурин даже не дрогнул, смотря на него всё тем же взглядом. В нем больше не было той наивности и доброты. Лишь скупость и злость. Так родители смотрят на провинившегося ребёнка, который ещё не осознал, что натворил.
— Как ты можешь звать себя человеком? Ты издевался над людьми, потому что знал, что те слабее тебя. А уж тем более дети... Изображаешь из себя мазохиста? Не хватает боли? А что, если появится тот, кто сможет причинить её тебе? Уже не так забавно, правда?
— Чего ты... добиваешься?
Матурин убрал ногу с живота клоуна и тот редко вздохнул полной грудью. Но не успел он перевести дух, как Черепаха схватил его за шиворот, поднимая на себя. Не в силах сопротивляться, монстр поддался, чувствуя, что некоторые рёбра сломаны и раздроблены из-за удара об стену. Мэт притянул его к себе, не теряя зрительный контакт.
— Я покажу тебе, какого это быть слабым. Ты потратил силы, чтобы восстановить ступни. Что же, этим ты не отделаешься. – он отпустил руку и монстр рухнул на пол, выпуская из глотки новый стон, вместе со струей крови. — Сейчас ты узнаешь, что чувствовали все те дети. Может тогда ты поймёшь.
— Да брось, ты же... не такой. Откуда такая жестокость? Тебе... меня не жаль? – стал давить Пеннивайз, уповая на спасение.
— Жаль. От всей души, которой у меня нет.
Грачи, сидевшие на старом дереве вновь разлетелись от громкого и одинокого крика, доносящегося из дома номер 29. Он был протяжным и надрывистым. Но от части человеческим. ***
Машина остановилась возле дома Денбро. Первыми из салона вылезли Билл и Джорджи. Заика держал на плече сразу два рюкзака: свой и брата. Малыш ещё в машине просил, чтобы он сам его нёс, но Билл знал, как сложно брату его надевать, так что, как только авто остановились, быстро выпрыгнул на дорогу с двумя рюкзаками сразу.
— Билл, ну дай! Я могу нести! – надулся младший.
— Ладно, ладно. Только дай я н-н-надену.
