Вообще, я врал. Я хозяин. Ответственность подчиненного — моя ответственность. Да и императора я просил не поэтому, хотя это и совпало удачно. Скорее я отдавал дань уважения Сергею и его семье, что множество лет служили мне верой и правдой. А еще именно Сергей должен был обустроить брак своего сына. Раз уж он погиб по моей вине, то и за Павла я сам похлопочу. Не преломлюсь. Вообще, фокус бы не прокатил, не будь у семьи Кравцов подтвержденной службы более ста лет моему роду. Самым верным людям дворяне выбивают титулы, награждая их. Верность Кравцовых под сомнение не ставилась. Мой отец, не будь опального статуса, думаю, тоже попробовал бы наградить их. Теперь у меня есть собственный вассальный род. Как были Скрябины у Озерского, но там скорее де-факто. Все же не может быть вассал одного ранга с сюзереном.
— Так-то оно, конечно, правда…
Павел совсем стушевался. Многовато событий для одного длинного дня.
— Или тебе чем-то не ладна боярыня? Или боярыне не нравится вариант?
В этот раз смутил я обоих. Можно понять, почему многие люди эти занимаются. Это на удивление весело — подначивать людей.
"— Во вкус главное не входить."
"— Ой, да ладно. Хорош в моралфага играть."
— Значит, решено.
— Как-то все резко…
— Но это не исправляют мою ситуацию. Если выйду за Павла, то мой род всё равно потеряется.
Павел снова смутился. Ну да, это аристократам проще говорить о таких вещах, как свадьба или дети. Как бы грубо ни звучало, им почти плевать, под кого лечь. Род всегда превыше.
— Сохрани фамилию. Один ребенок возьмет фамилия Павла, второй твою. Ну или другие пропорции. Короче, не маленькие — справитесь и придумаете. Да и сколько детишек плодить — вам решать.
И все же как весело над ними стебаться. Жизнь все же не так плоха.
— Неужели это все, что осталось от рода?
Мы сидели в гостинице, в которую имперские служивые поселили мою семью. Дом наш был разрушен, а денег, считай, и не было, так что было очень кстати. Особенно то, что гостиница принадлежала тому служивому и можно было стеснить его некоторое время. Когда я вошел, мы, наверное, час потратили только на слезы. Не ожидал вообще, что меня может так пронять, но как есть. И лишь потом я пригласил остальных, чтобы они тоже стали частью обсуждения.
— Не совсем так, княжна, — слово взял Павел, который смущенно сидел вместе с Власой. Девушка просекла фишку и как бы невзначай прижималась к нему. Вот так и лишаются монополии на стеб. — Мы смогли связаться со многими людьми. И пусть мы потеряли все боевое крыло рода, но гражданские специалисты все еще с нами и все еще верны вам.
Павлу не получается поверить в то, что он уже не совсем наш слуга. Поэтому он часто говорит как раньше.
— Вот как. Значит, мы еще поборемся. — Мам на мгновение устало прикрыла глаза. — Мне очень жаль, сынок. Гибель твоего отца и для меня удар. Он был бы горд за тебя.
Да, мама не знала практически ничего. Сергей их отослал к прочим гражданским. Их преследовали, но имперские служивые подоспели вовремя и настоятельно рекомендовали посетить с ними Новгород, ничего не объясняя. Отказывать имперской службе безопасности… Таких дураков нет в стране. А если появляются, то ненадолго.
— Благодарю за теплые слова.
— Что тогда дальше, Магнус?
— Какое-то время вы поживете здесь. А у меня будет несколько дел в Москве. Когда я закончу — заберу вас.
Да. Осталось одно незаконченное дело. Надеюсь, меня не сожрут с порога. Распрощавшись, мы покинули маму с сестрой. Теперь мы действительно поборемся. Тучи над родом разошлись, и надежда на солнечное будущее явила себя.
Павла с Власой мы высадили в небольшом имении Скрябиных. Похоже, никаких проблем у них с жильем не будет. Ну милуйтесь-знакомьтесь, детки. Хе.
"— Хорош. Ты так на извращенца похож."
"— Ой, да тебе лишь бы меня оскорбить. Лучше глянь, как прекрасно разрешилась к миру эта ситуация."
Хотя я все же с ними строг. Они заехали домой только транспорт одолжить. Сейчас они поедут в сторону развалин поместья. Пусть они тогда и вызывали правоохранителей, чтобы те занялись телами, но теперь это дело нужно было взять на свой контроль и отдать всем почести. Я бы занялся этим в первую очередь, но все равно на данном этапе от меня ничего еще не зависело. А значит, можно было заняться другими срочными делами. Точнее одним конкретным делом. Третьи сутки не сплю, блин. Успел только привести себя в порядок, переодеться прямо в ателье, и снова куда-то ехать. Потому что было назначено и опаздывать я не имел никакого права. И ладно я, но Александр, похоже, держался прям на волевых.
— Слушай. Вздремни немного, пожалуйста, пока я буду там. Я, возможно, надолго. За машину можешь не переживать — там с ней ничего не случится. Как и с тобой.
