— Я же сказал: ничего из этого не выйдет. Если к нему на прием даже попадешь, как только узнает, о ком идет речь, не захочет и слушать. А почему ты за него хлопочешь?
— Он мой муж,
По лицу Жирова скользнула ехидная улыбка. В голову пришла идея: осуществить то, что до сих пор не удавалось, и заодно наставить рога ее мужу.
— Надо было об этом сразу сказать, — более мягким юном произнес он. — Над этим надо подумать. Когда твоя мать уезжает?
— Не знаю. Наверное, в понедельник.
— Вот когда уедет, тогда и позовешь меня к себе и там поговорим.
Она пристально посмотрела ему в глаза. Тот не отвел взгляда.
— Что ты хочешь этим сказать?
— Тебе ведь очень хочется, чтобы твой муж перебрался в Россию?
— Да.
— Тогда, я думаю, ты должна понять, что от тебя требуется.
— Я поняла тебя, — резко сказала она. — А без этого нельзя?
— С того момента, когда я коснулся твоих губ, днем и ночью мечтаю о твоем теле. Я хочу тебя.
— Тебе не кажется, что ты переходишь все границы приличия?
— Я так не думаю. Ты сама тянулась ко мне.
— Это уже в прошлом. И тогда я была дурой. Просто ненормальной.
— Когда ты призналась мне в любви, ты была в здравом уме.
— Если бы в здравом, так низко не опустилась бы… Когда я побежала за тобой, почему ты меня оттолкнул от себя?
— У меня другого выхода не было. Я не хотел огласки, не хотел тебя опозорить. Я любил тебя и ты мне была очень дорога…
— Ты говоришь неправду! — резко оборвала она. — Ты никогда не любил меня. У тебя было только одно желание — удовлетворить свои низменные потребности. Даже сейчас, когда я нуждаюсь в твоей помощи, ты хочешь воспользоваться моментом и овладеть мною.
На его лице появилась самодовольная улыбка.
— Я рад, что ты читаешь мои мысли. Думаю, это в твоих интересах.
— Ты в этом уверен?
— Если бы не был уверен, я бы не пришел. Когда твоя мама уедет, позвони мне и я приду.
— Ив постели решим все проблемы, — съязвила она.
— Именно так решаются все земные проблемы.
— Нет, Юра, — твердо сказала она, — этого ты никогда не дождешься.
— Тогда тебе тоже не на что надеяться.
— Я не знала, что ты такой негодяй.
— Мы оба одного поля ягодки.
— Глубоко заблуждаешься. Я не такая дрянь, как ты.
— Порядочная замужняя женщина ночами не будет вешаться на шею мужчине.
Она с ненавистью посмотрела ему в глаза. Тот, удовлетворенный тем, что нанес ей удар по больному месту, ехидно улыбнулся. Наташа не долго думая, со всего размаха врезала ему пощечину. Хлопок был настолько громкий, что группа молодых парней и девушек, стоящих неподалеку, повернулась к ним.
— Это тебе за то, что я, дура, когда-то поверила в твою любовь.
Она повернулась и пошла. По дороге с яростью провела ладонью по губам, словно пыталась стереть из памяти прикосновение его отвратительных губ.
Дома Наташа почувствовала тошноту и сильную боль в животе. «Только не это!» — со страхом подумала она и с трудом дотянулась к телефонному аппарату. Минут через десять приехала «скорая». Врач, молодая женщина, осмотрев ее, спросила:
— Вы беременны?
— Да, — тихо ответила Наташа и от боли до крови прикусила губу.
Боли были невыносимые. Она изо всех сил старалась сдержать себя, чтобы не закричать. В руках врача появился шприц. Укол — и Наташа провалилась в черную бездну…
Придя в сознание, она увидела над собой белоснежный потолок и стеклянную трехрожковую люстру. «Странно, — подумала она, — откуда взялась эта люстра?» До нее стали доходить приглушенные голоса. Кто-то рядом тихо говорил, а в ответ ему смеялись. Повернув голову, Наташа увидела двух молодых девушек с довольно большими животами, стоящих возле окна. Она поняла, что находится в роддоме, Со страхом коснулась рукой своего живота. Все было на месте. Она с облегчением вздохнула и, прикрыв глаза, стала вспоминать, что с ней случилось и почему она очутилась на больничной койке. Но в голове стоял шум, а память словно исчезла.
Открылась дверь в палату, вошла женщина в белом халате, видимо, врач, и сразу подсела к Наташе.
— Как вы себя чувствуете?
— Спасибо, хорошо.
— Ничего вас не тревожит?
— Немного побаливает живот.
— Вы, вероятно, хотите сохранить ребенка?
— Да, больше всего на свете.
— Тогда мы должны вас тщательно обследовать, а предварительно надо встать у нас на учет. Обслуживание у нас платное. Как у вас с деньгами?
— Проблем нет. И долго это будет длиться?
— Думаю, за неделю мы управимся.
— Нет, я так долго не могу. У меня времени в обрез. Мне нужно вернуться к мужу в Ташкент. — Наташа знала, что если Умар раньше нее вернется домой, то начнет волноваться, а этого ей не хотелось. Кроме того, надо было попасть еще на прием к Грачеву.
— Я не могу столько времени лежать у вас. Если можно, постарайтесь управиться за два-три дня.
— Наталья Дмитриевна, вы, наверное, еще не осознали, что такое беременность в вашем возрасте?
Наташа улыбнулась.
— Не волнуйтесь за меня, доктор, все будет хорошо. Вы можете уже определить, кто у меня родится — мальчик или девочка?
— Проблем нет. У нас хорошее японское оборудование… Так к какому выводу мы пришли?
— Три дня и не больше.
— Может, с мужем поговорите? Я могу вам принести мобильный телефон.
