Едва она переступила порог, дверь встала на место. Бывший участник боевых действий, а ныне ремонтный рабочий, отступил на шаг, оглядывая результаты усилий: дверь прилегла плотно, лишь из нескольких особо широких трещин шел пар, но выглядела не очень устойчивой.
Изнутри, приглушенный преградой, донесся голос:
— Она, случаем, не вывалится?
Вместо ответа, мужчина обернулся к Ольге, кивнул, подзывая.
— Придержи.
Дождавшись, пока девушка упрется в дверь обоими руками, подошел к ближайшей скамейке, стряхнув веники, вздернул на руки одним движением. Вернувшись, он отстранил Олю, поставил скамью вертикально, придав двери недостающую устойчивость, сказал вполголоса:
— Михалыч, я тебя скамейкой придавил, захочешь выйти, пни сильнее. — Не вслушиваясь в ответ, он обратился к Ольге: — Что-то разморило меня, пойдем, проветримся немного.
Не оглядываясь, он пошел через зал, не доходя до двери, свернул к изящным диванчикам, в углу. Ольга подобрала платье, схватила сумочку, и поспешила следом, одеваясь на ходу. Застегивая платье, она пропустила момент, и опомнилась лишь обнаружив, что спутник исчез. Пройдя несколько шагов, Ольга в недоумении остановилась возле тяжелой портьеры, мягкими волнами ниспадающей откуда-то сверху.
Прежде чем она успела удивиться, щеки коснулся поток воздуха. Не раздумывая, Оля отодвинула плотную ткань, обнаружив за ней приотворенную дверь, шагнула внутрь. За дверью открылась уютная комнатка, обстановкой напоминающая номер в дорогой гостинице: широкая кровать, небольшой столик, телевизор на тумбочке. В стене, напротив, тускло поблескивает золоченая дверь.
Стараясь не споткнуться о лежащие повсюду непонятные ящики, Ольга дошла до двери, отворив, оказалась в коридоре. Возле распахнутой двери гардероба, уже одетый, стоит ее спутник, и о чем-то вполголоса разговаривает с уже знакомым консьержем. Увидев девушку, они прекратили беседу, консьерж дежурно улыбнулся, а новый знакомый кивнул на входную дверь, после чего повернулся и вышел на улицу.
Обменяв номерок на плащ, Ольга поспешила следом. Едва она вышла из здания, ветер швырнул в лицо горсть колючего снега, запорошил глаза. Кончики пальцев быстро заледенели, а мелкие волоски на теле вздыбились, сохраняя остатки теплого воздуха. На крыльце никого не было. Прикрывая глаза ладонью, Оля вглядывалась во мглу, пытаясь хоть что-то разглядеть за сплошной стеной падающего снега.
Неподалеку дважды сверкнуло, затем вспышки повторились. Ольга побрела на свет, стараясь не оступиться на скользком ото льда асфальте. Через десяток шагов в сумраке обозначилась темная громада внедорожника. Оля остановилась в нерешительности, но вспыхнувший в салоне огонек зажигалки высветил лицо водителя, рассеяв сомнения. Потянув дверцу на себя, она села в машину.
Салон встретил тихим гудением кондиционера. Теплый воздух мягким одеялом накрыл плечи. После зябкого уличного ветра ощущение оказалось настолько приятным, что Ольга ненадолго ушла в себя, прикрыв глаза и расслабившись. Вернувшись к реальности, она почувствовала, что машина, мягко покачиваясь, скользит вдоль обледеневших домов, выхватывая неярким светом короткий участок дороги впереди.
Приборная доска, подсвеченная голубым, создает умиротворяющую атмосферу, а тихая, льющаяся из невидимых динамиков музыка, расслабляет. Устроившись удобнее, Ольга чуть скосила глаза, незаметно наблюдая за спутником из-под опущенных ресниц: волевой подбородок, спокойный, чуть задумчивый взгляд, пробивающаяся на висках седина, заметная даже в тусклом освещении кабины.
Оля прислушалась к внутренним ощущениям, мужчина производит впечатление опытного, тертого жизнью человека, которому можно довериться в сложной ситуации, но легкое, едва уловимое ощущение опасности настораживает, заставляет внимательнее вглядываться в лицо, выискивая скрытые за привычной маской спокойствия жесткие черты.
Водитель пошевелился, взглянул коротко, улыбнувшись краешком губ, спросил:
— Изучаешь?
Не ожидав вопроса, Ольга вздрогнула, ответила невпопад:
— Красивая машина, ни разу в такой не ездила… Да, изучаю. Заметно?
Притормозил на перекрестке, спутник переложил руль, плавно свернув, ответил:
— Не очень, потому и спросил. Что разглядела?
— Взрослый, опытный, опасный, и… одинокий, — осторожно произнесла Ольга.
Мужчина повернул голову, посмотрел уже с явным интересом.
— Однако. — Затем, мгновенно сменив тему, спросил в лоб: — Давно работаешь?
Спутник вернулся к созерцанию дороги, а Ольга задумалась. Подобные вопросы клиенты задавали часто, как правило, она отмалчивалась, или осторожно меняла тему, но сейчас лукавить не хотелось, и она честно ответила:
— Три месяца.
— Достойные причины?
Оля пожала плечами, сказала с независимым видом:
— Кому как. Учеба, незапланированный перевод на платное отделение.
