Измеряя следы ног на полу, он вспомнил противоречивые показания прислуги. «В конце концов, может быть, это все-таки кто-нибудь из них», — подумал он. Он сказал фрау Орта, что считает необходимым допросить всю прислугу. Фрау Орта вначале возмутилась и заявила, что ручается за каждого из своих слуг. И только когда Пино сказал, что полицейский допрос будет гораздо неприятнее, Орта решилась созвать прислугу.
— Дамы, прошу налево, мужчины — направо! — приказал Пино, как будто речь шла о танцах.
Они встали в два ряда друг против друга. Пино приказал:
— Пожалуйста, прошу дам показать руки ладонями вверх!
Пино сравнил длину руки каждой женщины с приготовленным им отпечатком руки и пальцев преступника и быстро обнаружил, что не только рука Фифи, которая носила перчатки номер шесть с половиной, но и огромные лапы пожилой кухарки были значительно меньше, чем нужно. То же самое произошло и с размером ноги.
— Дамы свободны! — скомандовал Пино и предпринял ту же процедуру с мужским персоналом.
Но ни одна рука и ни одна нога даже близко не соответствовала громадным следам преступника. Пино покачал головой и сказал с важным видом:
— Должно быть, это был великан!
На самом-то деле никакого великана не было и в помине. Был железный рыцарь, стоявший тихо в углу кабинета, — это его руку и ногу доктор Хирн использовал, чтобы оставить угрожающе огромные следы.
Но Пино это даже не могло прийти в голову. Он вытащил из кармана кепку и стал надевать ее каждому на голову. Она была очень маленькой и подошла только старому конюху, шестидесятилетнему робкому и болезненному человеку. Когда фуражка очутилась на его голове, он весь задрожал от страха и, упав на колени, начал клясться и уверять, что он ни в чем не виноват. Пино сделал серьезное лицо.
Тогда Фифи, всегда жалевшая старика, вышла вперед и обеспечила конюху алиби. Она честно рассказала о пирушке, на которой старик присутствовал от начала и до конца, и сослалась в качестве свидетелей на всю прислугу. Все одобрили ее невольное предательство, когда дело коснулось чести их товарища, и единодушно подтвердили показания Фифи. Фрау Орта, на которую все смотрели со страхом, сознавая свою вину, сделала строгое лицо, но затем сказала:
— Тем, что Фифи так храбро созналась во всем, она искупила вашу вину!
Пино в это время определился с внешностью преступника. Разыскать человека со сверхъестественно большими конечностями и головой ребенка не представляло никакого труда такому профессионалу, как Пино.
Хирн на вокзале сел в автомобиль и назвал шоферу улицу в северной части Берлина. В автомобиле он сменил свою одежду на костюм апаша, который производил впечатление настоящего, а не карнавального. Оставив на сиденье деньги за проезд, он выждал удобный момент и незаметно выскочил из автомобиля.
Приняв вид босяка, в подлинности которого никто не усомнился бы, он обошел доходные дома в поисках меблированной комнаты. Наконец он нашел подходящую на четвертом этаже одного пятиэтажного дома и нанял ее за пять марок в неделю. В ванной он наклеил себе усы и бороду и с радостью убедился, что утратил всякое сходство с доктором Хирном.
Хирн решил установить слежку за Пино и постараться навести его на ложный след. Из ближайшего почтового отделения он позвонил по телефону в контору Пино и потребовал сыщика для переговоров по важному делу. Он не удовлетворился ответом, что Пино занят расследованием уголовного дела и потому не может уделить ему ни минуты времени.
— Мое дело важнее! — крикнул он в трубку.
— Как вы можете судить об этом, когда вам совершенно неизвестно, о чем идет речь?
— Ах, ерунда! Наверняка, какая-нибудь глупейшая брачная канитель. А тут идет речь о миллионах!
— Вот как? — последовал ответ в совершенно другом тоне. — В таком случае я попытаюсь связаться с господином Пино по телефону.
— От этого мне не легче, если вы не знаете, где он, и станете звонить по телефону во все концы света.
— Простите, — любезно ответил служащий, — конечно, я знаю, где его искать. Он сейчас находится на вилле доктора Хирна.
— Это меня мало интересует. Если он в течение получаса не сумеет выехать в Будапешт, чтобы раскрыть крупный банковский подлог, он мне вообще не нужен.
— Вы говорите, что речь идет о миллионах?
— Именно это он и должен выяснить. Возможно, что и меньше. Во всяком случае он может на этом деле заработать десять тысяч марок.
Тон служащего опять изменился.
— Это нас мало интересует! — сказал он высокомерно и повесил трубку, не спросив даже, кто звонит.
Хирн улыбнулся и подумал: «Осел!» Не выдав себя, он узнал, где сейчас находится Пино. Он поехал на свою виллу и спрятался так, что мог наблюдать за всеми, кто входит и выходит.
Между тем Пино с помощью фрау Орта закончил осмотр на вилле Хирна.
— Вы ведь уже не совсем уверены, что речь идет о любовном приключении? — спросила фрау Орта.
Пино, который не хотел терять поддержку фрау Орта, пожал плечами:
— Через два дня мы это выясним. А пока я советую запросить у вашего супруга, хранил ли он в письменном столе деньги и ценные бумаги.
И Орта послала вторую телеграмму вслед за первой:
