Промышленный переворот в Европе был оплачен конечном итоге золотом майя, инков и ацтеков. Новая индустриализация XX столетия – золотом Аляски, Сан-Франциско и русским золотом Восточной Сибири.
Но уже более столетия общечеловеческая «валюта баланса» не растет.
Для того чтобы перейти к индустриальной фазе развития нужно было изобрести машины, новую форму управления производством (корпорацию), новый тип политических отношений (демократию), создать новые общественные классы, построить фабрики, заводы, суда и железные дороги. И пройти через цепочку кризисов, которые носят в нашей истории названия веков Возрождения и Реформации.
Все вышеперечисленное было сделано и оплачено американским золотом.
Для того чтобы перейти к постиндустриальной цивилизации, которую я называю когнитивной фазой развития. нужно изобрести человеко-машинные системы, способные генерировать информацию. Это сделано, по крайней мере в России и Японии. Необходима новая, посткорпоративная форма организации производства. Этого на сегодня нет, но ведущие страны много и полезно работают в этой области. Если идея транснациональной корпорации (ТНК), судя по всему, ведет в тупик, то концепция государственной корпорации, где государство является владельцем при корпоративном менеджменте, выглядит многообещающей; проектируются соконкурентные системы – эконоценозы и новые территориальные кластеры – эконодомены. Можно предположить, что в ближайшие десятилетия задача посткорпоративного управления будет решена, что серьезным образом отразится на политических и общественных отношениях. Вероятно, уже к концу 2010-х годов произойдет повсеместный отказ от современной демократической формы управления территориями, но сейчас было бы преждевременно отвечать на вопрос, что именно их заменит. Американцы пишут про рыночные сообщестава (Market Community), указывая, что они – не рыночные и, в сущности, сообществами не являются. Я предпочитаю говорить о структурах на произвольных идентичностях. социальных тканях и стаях, но действительность, вероятно, окажется еще сложнее. Во всяком случае, я склонен думать, что задача переосмысления политической и классовой системы будет удовлетворительно решена (по крайней мере, в России и США).
Нужно будет пережить череду политических и военных кризисов, гала-депрессию, мировую перестройку экономической системы. Это тоже будет сделано, тем более что примеры преодоления подобных кризисов у человечества есть, а другого выхода, как стиснуть зубы и перетерпеть одно или два «дьявольских десятилетия», – нет.
Но нужно будет построить информационную, образовательную, знаниевую инфраструктуру новой фазы развития, изменить структуру городов, сейчас привязанных к задыхающимся от грузо- и человекопотоков коммуникациям. Что-то сделать с самими этими коммуникациями или, может быть, научиться обходиться без них. Овладеть новыми технологическими пакетами, лежащими в области нано- и фемтотехнологий, биотехнологий, информационных технологий нового поколения. Вписать все это в социальную структуру, утихомирить «взбесившееся право», нормализовать коммуникативные социосистемные функции.
Так вот, на все это понадобятся огромные деньги. Не электронные импульсы, не банкноты, а «универсальные деньги» в их привычном – золотом – Представлении.
А новой Америки что-то не видно.
ГЕОГРАФИЯ НОВОГО ОСВОЕНИЯ276
276 Материал подготовлен совместно с С. Градировским. Неоднократно публиковался в периодических изданиях и даже вызвал дискуссию с участием мэра Москвы, который заявил, что согласно Конституции у России может быть только одна столица. Что ж, Конституцию в России всегда можно было изменить, если только возникала политическая воля.
Иногда совмещение вполне традиционных и даже очевидных утверждений приводит к очень нетривиальному результату.
Великая французская революция поставила в основу политической жизни народов принцип разделения властей, оформленный конституционно. Собственно, вся история демократии – это эпизоды войны властей за свой суверенитет...
Другой интересующий нас принцип носит еще более древний характер. По-видимому, на интуитивном уровне он был ясен политикам энеолитического Иерихона, хотя точная всеобъемлющая формулировка принадлежит Древнему Риму и прописана в структуре Вечного города: полис существует сразу в двух мирах – реальном и идеальном, соединяя их.
Так, Храм (Церковь, Собор) соединяет пространство города с трансценденцией данной культуры, Университет проектирует на местность Вселенную универсальных смыслов. А Столица является материальным выражением идеи государства, будь то замкнутое национальное образование или открытая космосу Империя.
Тем самым принцип разделения властей подразумевает и такое следствие, что у государства должно быть несколько столиц.
Многостоличье
Эту социо-географическую схему Россия уже опробовала.
