Ох. То, что нашли тела тех несчастных в ту же самую ночь, когда покушались на Беркли, а убили дедушку, уже не казалось простым совпадением. Скорее — чьим-то планом, пусть и наспех продуманным.
Перед тем как войти во флигель, я остановилась и повернулась, чтобы посмотреть на особняк. Если спрошу графа о салон мадам Леру прямо, он ответит, интересно?..
«
Попытаться стоит, выслушать его отказ я всегда успею.
Мистер Эшкрофт приехал вечером, опоздав к ужину на полчаса. Мы сидели за столом вчетвером: лорд Беркли, сестра Агнета, Мэтью и я. Появление мистера Миллера стало для меня сюрпризом. Кажется, он прибыл, чтобы вместе со своим нанимателем посмотреть на запутанное дело под иным углом, но, судя по тому, каким безрадостным выглядел граф, успеха они не достигли.
В напряженной атмосфере, что царила за столом, любопытничать не хотелось, и я решила, что придержу свои вопросы.
Но Беркли заметно оживился, когда дворецкий Хилл объявил о прибытии мистера Эшкрофта. Пока мужчины приветствовали друг друга, поднявшись со стульев, я украдкой оглядела гостья. Выражение лица у него было таким же кислым, как у графа.
Увидев меня, он замялся и откашлялся.
К такой реакции я уже тоже начала привыкать.
— Проходи, садись. Выпьешь что-нибудь? — Беркли попытался проводить гостя к столу, но тот резко мотнул головой.
— Сперва поговорим. С глазу на глаз, — сказал напряженным голосом.
Они обменялись взглядами, суть которых мне была неясна, затем граф кивнул.
— Конечно. Идем.
И спешным шагом они вдвоем покинули столовую.
Граф Ричард Беркли
— Разве леди Эвелин не должна была покинуть твой особняк?..
Я смерил Эвана пристальным взглядом. Прошло совсем немного времени, и я еще не успел поделиться с ним последними новостями.
— Мы помолвлены.
—
Он был так удивлен, что застыл посреди кабинета, широко раскинув руки.
— Это шутка?
Я хмыкнул.
— Нет. Она собиралась уехать, искала работу гувернанткой, успела даже откликнуться на пару объявлений в газете. И я предложил помолвку.
Эван моргнул несколько раз и с шумом втянул воздух.
— Ну, знаешь ли!
А потом широким шагом подошел к встроенному в стену шкафу, вытащил из него бутыль и плеснул темную жидкость в бокал. И залпом его осушил.
— Дик... — развернувшись, начал он, но недоговорил.
Непрозвучавшие слова повисли между нами, в глухой тишине кабинета. Эван вглядывался в мое лицо, словно силился что-то рассмотреть, найти. Я стоял напротив него, скрестив на груди руки, и не отводил взгляда.
Вздохнув и поморщившись, он махнул рукой.
— Поступай, как знаешь. Кто я такой, чтобы тебя учить, — сказал и покачал головой.
— Осуждаешь? — не стерпев, едко спросил я.
У меня не было никого ближе Эвана. И его мнение много для меня значило.
— Не понимаю, — растерянно отозвался он. — Не понимаю, но вы оба — взрослые люди. Сколько леди Эвелин? Двадцать?
— Двадцать два.
— Ну, вот, — он вновь развел руками. — Какая тебе разница, что я думаю?
— Я не хочу, чтобы ты меня осуждал, — помедлив, признался я честно.
Эван вдруг улыбнулся и подошел, слегка ударил рукой по плечу.
— Я уверен, что никогда не смогу тебя осудить.
Напряжение в кабинете заметно спало. Я был заведен все это время, ожидал обвинений — даже от лучшего друга. Что я ломаю Эвелин жизнь и судьбу, что существует множество способов защитить ее и без женитьбы, что я совершил ошибку, сглупил, поторопился... Но нет.
Бросив взгляд на бутыль, которую Эван вытащил из шкафа, я прошел мимо и рухнул в кресло. С некоторых пор я старался держать все свои пороки в узде. Никаких увеселений, никаких боев. По крайней мере — до тех пор, пока мы не закончим это дело.
— Итак? — соединив ладони треугольником, я посмотрел на Эвана.
Он не садился и измерял шагами кабинет.
— О чем ты хотел поговорить?
— Слежку за Эзрой сняли, — тихо произнес он и скривился.
Я даже не удивился. Лишь вскинул брови и покивал сам себе.
— Это было ожидаемо, — ответил ровно, не совсем понимая причину гримасы на лице друга. — Я был удивлен, что тебе позволили ее установить.
Он мазнул по мне свирепым взглядом и разразился грубой бранью. Высказавшись, резко замолчал, и некоторое время тишину кабинета нарушало лишь его тяжелое, раздраженное дыхание.
— Кто подписал приказ? — спросил я, чтобы его отвлечь.
Эван окинул меня кислым, но бесконечно выразительным взглядом.
— Ясно, — без малейшего намека на веселье усмехнулся я.
Он замялся и скривил губы, и ладонями взлохматил волосы на затылке.
— Я приехал, чтобы предложить тебе проследить за Эзрой самим, — слишком поспешно произнес он, словно боялся передумать.
Я изогнул брови и скептически посмотрел на Эвана. Теперь был мой черед не верить тому, что услышал.