— Я не намерен вести с тобой эту бессмысленную беседу, — отрезал он жестко. — И даю тебе последний шанс рассказать, что вы нашли в банковском хранилище. И предоставить мне к нему доступ.
В его голосе слышалась явная угроза.
И внезапно я совсем другими глазами взглянул на это пустынное место, за пределами городской черты. И на туповатого жандарма Форка. Не думаю, что он станет церемониться, если ему отдадут соответствующий приказ.
— Лучше соглашайся, Ричард. Я доберусь до него — с твоей помощью или без.
Я мог надеяться лишь, что Эвану хватит ума отвезти Эвелин в безопасное место. Вопрос заключался в том, существовало ли оно?..
Я смотрел на герцога и просчитывал в голове варианты: притвориться, что согласен? Потянуть время, как только возможно, в надежде, что подвернется возможность для побега? Слишком рискованно и ненадежно. Нельзя было полагаться на случай.
— Зачем тебе? — спросил наугад. — Зачем тебе доступ к хранилищу, если вы уже преуспели в создании артефактов?
— Это тебя не касается, — нетерпеливо фыркнул Лорд-Канцлер. — Не думай, что ты умнее меня,
Хорошо, что обошелся без показной театральщины и не провел ребром ладони по горлу.
— Нет.
Его глаза дрогнули в прищуре, но удивленным герцог Саффолк не выглядел.
— Я всегда знал, что ты глуп, — процедил и презрительно дернул губами. — Не ты, так твоя невеста. Ты понимаешь, что после тебя я возьмусь за нее? Дочь государственного преступника. Сиротка без семьи.
Хотелось прорычать, чтобы не смел трогать Эвелин, но я сдержал себя. Разум услужливо подсунул воспоминание, как она прильнула ко мне в кабинете, как ответила на поцелуй, как распустила золотистые волосы.
Пришлось стиснуть зубы до скрежета, чтобы отвлечься и выбросить это все из головы.
— Выходит, из нас двоих ублюдок — это ты, — выплюнул хрипло.
И получил удар под дых. Легкие обожгло, под ребрами неприятно заныло, я согнулся, пытаясь отдышаться.
— Нужно было потравить тебя еще во чреве, — прозвучало над головой.
И стало для меня последней каплей. Терять было нечего, я все равно был одной ногой в могиле — судя по тому, как складывался разговор. И потому, не выпрямляясь, я боднул герцога головой, навалившись всем телом. Он не ожидал этого и оступился, утратив равновесие. Я также не устоял на ногах и полетел на него по инерции, и уже вдвоем мы рухнули в пыль. Приложившись о землю, я взвыл, потому что руки вывернулись под неестественным углом. С ругательствами и шипением, Лорд-Канцлер откинул меня в сторону и попытался подняться.
— Куда вы смотрели?! — рявкнул он на жандармов, которые только сейчас услышали шум возни и теперь спешили к нам. — Все, с ним все кончено. Можете интерпретировать это как попытку сбежать. И убить его. Только наручники снимите.
Говорил он, отряхиваясь.
Я подумал, что у меня будет шанс в момент, когда они снимут наручники. Призрачный, но все же. Лишь бы не подвели руки, я и так их едва чувствовал.
Но к тому, что произошло дальше, оказался не готов ни я, ни герцог.
— Довольно, — произнес еще один голос.
Он принадлежал Форку.
Лорд-Канцлер опешил настолько, что застыл в нелепой позе и не выпрямился до конца. Воспользовавшись возникшей заминкой, я перекатился в сторону и огляделся. Неподалеку валялся на земле оглушенный жандарм, в двух шагах от него — постанывал, держась за пробитую голову, второй.
А Форк держал в руках револьвер, и дуло было направлено на герцога.
— Именем Короля, вы арестованы, милорд, — хорошо поставленным голосом отчеканил он.
Он преображался прямо на глазах, из увальня стал хищником.
— Ты разума лишился? — выплюнул презрительно герцог. — Я тебя сгною в клетке вместе с ним. Кого ты арестовываешь, щенок?
На Форка — или того, кто скрывался под этим именем — выступление не произвело должного впечатления. Не отводя револьвера, он коротко взглянул на меня — к тому моменту я уже поднялся на ноги и отошел на пару шагов, надеясь разжиться ключами или оружием у ближайшего жандарма, что валялся без сознания на земле.
— Лорд Беркли, прошу. Если вы подойдете, я сниму наручники, — он не сводил прищуренного взгляда с Лорда-Канцлера.
Которого подобное развитие ввело в сильнейшее замешательство.
— Бросьте ключи, — предложил я. — Справлюсь.
«Форк» вскинул брови, но молча полез во внутренний карман и, достав связку, швырнул точно мне под ноги.
Пришлось изрядно повозиться, пока я поднимал их с земли и размыкал цепь отекшими, неловкими, онемевшими пальцами. Но я справился и наслаждением свел руки перед собой, растер запястья, на которых остались вдавленные, красные полосы.
— Будьте добры, свяжите этих двух, — попросил «Форк», заметив, что я покончил с наручниками.
К тому моменту я уже забрал у ближайшего жандарма револьвер и чувствовал себя увереннее.
— Кто вы такой? — спросил, потому что одно дело — обвинить Лорда-Канцлера в государственной измене и убийствах.