Боровский Институт физиологии и биохимии сельскохозяйственных животных возник в системе ВАСХНИЛ в 1965 году и к концу 1970 года не был полностью укомплектован. Уже функционировали три корпуса, а два еще строились. При институте было много вспомогательных построек, в основном для содержания сельскохозяйственных животных: коров разных пород, лошадей, свиней, овец, а также два или три типа птицеферм и небольшая птицефабрика, импортированная из США. Большое разнообразие сельскохозяйственных животных требовало обширной территории для пастбищ и полевого севооборота, а также силосных башен и траншей. В кооперации с институтом работали два ближайших колхоза и совхоз. Институт находился примерно в трех километрах от Боровска, вверх по течению реки Протвы, и я проезжал город на автобусе по дороге со станции Балабаново. Главной достопримечательностью города был величественный Пафнутьев-Боровский монастырь с высокой крепостной стеной, основанный в середине XV века монахом Пафнутием. Монастырь считался охраняемым памятником архитектуры и имел много красивейших барельефов и фресок. В 1962 году, в период новых хрущевских гонений на православную церковь, это наиболее ценное архитектурное сооружение всей Калужской области, привлекавшее туристов, перешло во владение машинно-тракторного техникума. Фрески на религиозные темы соскоблили с его стен или закрасили. С куполов сняли кресты.
В Боровске стояло еще девять старинных церквей, одна из которых функционировала пока как храм, другие были отданы под склады, хранилища и мастерские. На одной из церквей на месте колокольни поставили водонапорную башню. Население города составляло около 13 тысяч человек, лишь немногим больше, чем в прошлом веке.
Моя научная группа, состоявшая из двух квалифицированных лаборантов, работавших в институте уже много лет, и одного младшего научного сотрудника, Наталии К., назначенной на должность незадолго до меня, была вполне работоспособна. Наталию К. перевели в Боровск из Калуги, где она работала в системе МВД. В правоохранительных органах, как известно, тоже нужны хорошие биохимики и аналитические лаборатории, ответственность которых за точность анализов очень высока. Их данные используются в судебно-медицинских экспертизах. Я не исключал, что Наталию попросили периодически докладывать кому надо и обо мне. Полной уверенности в этом у меня не было, так как моими делами, кроме научных, она не интересовалась.
С начала работы в Боровске я решил сконцентрировать внимание лишь на научных исследованиях, планируя темы на 4–5 лет. Применение радиоактивных изотопов и излучений в новом институте не практиковалось и не предусматривалось. В качестве объектов для исследований следовало выбирать лишь сельскохозяйственных животных. Но геронтолог может изучать проблемы старения в любых условиях. Я выбрал объектами исследований кур и кроликов и решил изучать старение клеток, а не организмов. Для этого очень подходили эритроциты кур, которые постоянно образуются в костном мозге из стволовых клеток, преобразующихся в ретикулоциты с еще активным ядром, а затем в молодые эритроциты, теряющие способность к синтезу белков и пассивно стареющие при постоянной циркуляции крови. Старые эритроциты «узнаются» и разрушаются в селезенке. Весь процесс продолжается несколько недель. На курах, у которых, как и у всех птиц, эритроциты крови сохраняют клеточное ядро, можно было изучать характер изменений гистонов и негистоновых белков ядра при переходе от активно синтезирующих белки ретикулоцитов к зрелым и старым эритроцитам, теряющим эту способность. У кроликов после рождения происходит смена особого эмбрионального гемоглобина на «взрослый», имеющий другой аминокислотный состав, и ретикулоциты костного мозга теряют ядро при превращении в эритроциты. В этом случае было интересно сравнить состав ядерных белков у эмбриональных и «взрослых» ретикулоцитов. Потеря крови или разрушение старых и зрелых эритроцитов избирательными токсинами (фенилгидразин) продуцирует анемию, которая стимулирует образование ретикулоцитов и выброс их в кровь. Все гемоглобинсодержащие клетки в крови таких животных являются молодыми. Они созревают и стареют уже при циркуляции. Разделение ретикулоцитов и эритроцитов разного возраста легко осуществляется центрифугированием. При старении этих клеток растет и их удельный вес из-за уменьшения содержания воды.
