Опасная профессия полностью

Джимми Картер, новый президент США, не сумел в первый год своего срока изменить экономическое положение в стране. Инфляция возросла в течение года с 5,5 до 6,5 %, безработица достигла 7,5 %. Продолжение кризиса по-прежнему было связано с высокими мировыми ценами на нефть. Новые энергосберегающие технологии еще не получили широкого распространения. Картер, окончивший Военно-морскую академию и занимавшийся после службы во флоте фермерством в южном штате Джорджия, не мог быть компетентным лидером по международным проблемам. Внешняя политика США почти полностью перешла в руки нового госсекретаря Сайруса Вэнса (Cyrus Vance), а отношения с СССР (как и с другими коммунистическими странами, включая и Китай) перешли под контроль Збигнева Бжезинского (Zbigniew Brzezinski), получившего пост национального советника по безопасности и офис в Белом доме. Бжезинский, автор нескольких книг по истории СССР и советской политике, быстро сформулировал для Картера новую, более конфронтационную доктрину по отношению к Советскому Союзу. В своей речи на церемонии инаугурации 20 января (часть которой была написана именно Бжезинским, советником Картера с 1975 года) президент объявил защиту прав человека главным принципом американской внешней политики. За несколько часов до церемонии А. Д. Сахаров передал в посольство США в Москве срочное письмо Картеру. Текст этого письма, по содержанию торопливого и конфиденциального, был, тем не менее, опубликован в The New York Times 29 января. Такая неавторизованная публикация могла лишь осложнить положение Сахарова. Газета сообщала, что текст получен из госдепартамента. Ответ Картера Сахарову был датирован 5 февраля. Русский вариант письма был долго неизвестен и даже по «Голосу Америки» передавался обратный перевод с английского. Русский оригинал, но с сокращениями, появился лишь в книге А. Д. Сахарова «Воспоминания» в 1990 году, вышедшей в США через год после смерти автора. По сути, это была записка на одной странице с коротким списком людей, за освобождение которых следовало бороться: Ковалев, Романюк, Джемилев, Светличный, Глузман, Рубан и еще пятнадцать человек. «Подробные сведения о каждом – в “Хронике-Пресс”. Эд Клайн знает все!» – добавлял Сахаров. Попытки опубликовать это письмо в эмигрантской русской прессе окончились неудачей, так как его текст, как стало известно, был передан по дипломатическим каналам из Москвы сразу на английском. Эд Клайн – бизнесмен и финансовый спонсор «Хроники-Пресс». Он также владел издательством имени Чехова в Нью-Йорке, которое опубликовало «Воспоминания» Сахарова. В тексте «Письма Сахарова», который опубликовала The New York Times 29 января и транслировали в обратном переводе различные радиостанции, была одна фраза, которая привела к дипломатическому скандалу и вызову Сахарова в Прокуратуру СССР, где его обвинили в клевете на правительство и сделали предупреждение.

Эту фразу я привожу на английском, так как в русский текст, опубликованный в 1990 году (с. 886), она не вошла: «Of special note should be provocation in the Moscow subway, which should be resisted energetically. We compare it with the Reichstag fire in 1933 and the killing of Kirov in 1934». В переводе на русский она звучит так: «Особо надо отметить провокацию в московском метро, в отношении которой следует протестовать решительно. Мы сравниваем ее с поджогом Рейхстага в 1933-м и с убийством Кирова в 1934-м».

К этому времени ошибочность и преждевременность заявления Сахарова стали очевидными, так как группа армянских националистов – организаторов и исполнителей взрывов в Московском метро и на улицах, повлекших большое число жертв, была раскрыта в конце 1977 года и осуждена. Сахаров в своей книге обсуждал этот теракт совершенно иначе. Я касался этой темы в главе 35.