– Примерно в трех кварталах отсюда ресторанчик средиземноморской кухни. Ты не против?
– Лишь бы там давали мясо.
Они прошли немного, затем он вытащил ее из толпы, прислонился к стене и нагнулся, делая вид, будто завязывает шнурки…
– Что ты видишь? – Она прижалась спиной к кирпичной стене; ноги внезапно сделались ватными.
– Какой-то тип идет за нами весь квартал; он вроде прогуливается, но не отстает. Только что зашел в магазин.
– Как он выглядит? – Джеррика покосилась налево, не поворачивая головы.
– Среднего роста, бейсболка, джинсы…
Когда Грей выпрямился, Джеррика оттолкнулась от стены.
– Какая на нем бейсболка? Какой команды?
Грей покачал головой:
– Издали не разглядеть… Темная, возможно, синяя. А что?
– Сидар всегда носит бейсболку команды «Лос-Анджелес Доджерс».
– Возможно, он идет за нами, потому что хочет поговорить… или убить нас. – Грей взял ее под руку и увлек за собой в толпу пешеходов.
– Это будет непросто, если мы окажемся в переполненном ресторане. – Она толкнула его плечом. – И потом, раз Сидар предупредил меня об Олафе, не думаю, что он против меня.
– А если это не Сидар, а кто-то другой? – Грей смахнул с плеча воображаемую пылинку и быстро посмотрел назад. – «Доджерс».
– Это Сидар. Слишком много совпадений. – Джеррика вытерла потные ладони о черные джинсы. – Здесь он к нам не подойдет, так что пошли дальше. Пусть сделает первый шаг.
Грей выпустил ее руку и сунул свою в карман куртки.
– Почему он не связывается с тобой по обычным каналам?
– Он слышал, что случилось с Кьерой. Возможно, думает, что этот канал связи скомпрометирован. Кто-то нас выдал.
– Кто-то? Может, Олаф?
– Он, наверное, сам нам все расскажет. – Она кивнула в сторону Сидара.
– У меня от тебя голова болит. Далеко еще твой ресторан?
– Полквартала прямо и направо.
Дальше шли молча. Грей то и дело незаметно оглядывался, чтобы проверить, идет ли за ними Сидар.
– По-прежнему за нами.
Они повернули за угол, и Джеррика схватила Грея за рукав:
– Вон там, справа, синий навес.
Грей распахнул перед ней дверь, и они вошли в шумный зал. Надо быть по-настоящему отважным, чтобы нападать на них здесь. Может быть, им удастся спокойно поесть, по крайней мере, до тех пор, пока сюда не придет Сидар. Неужели он и правда обвинит Олафа? Олаф ни за что не причинил бы ей вреда, но ей никто вреда и не причинил. У того типа в переулке была масса возможностей пырнуть ее ножом. Лжебездомный на Вашингтон-сквер целился в нее. Оба раза она спаслась благодаря Грею. Но что, если бы его рядом не оказалось? Она наверняка была бы уже мертва… или ее бы куда-то увезли.
Представив, что с ней было бы, она вздрогнула, и Грей сжал ей руку.
– Как ты? – спросил он.
– Есть хочу и устала.
Администратор провел их к столику рядом с барной стойкой.
– Здесь нормально?
– Да. – Грей выдвинул для нее стул, а сам сел лицом к двери, спиной к стойке.
Джеррика наклонилась к нему:
– Сидара высматриваешь?
– Хочу увидеть, как он себя поведет, когда войдет сюда.
Сидар явно не спешил. Они с Греем получили воду, чай и хлеб, они даже успели сделать заказ…
Заметив, как прищурился Грей, Джеррика повернула голову и увидела, как Сидар, в бейсболке с эмблемой «Доджерсов», надвинутой почти на самые глаза, пробирается между столиками к барной стойке. В их сторону он ни разу не взглянул.
– Пока все нормально. – Грей отпил воды. – У Сидара в руке только пиво.
Джеррика посмотрела, как бармен ставит перед Сидаром кружку, затем тот поманил к себе официантку.
Когда им принесли еду, Джеррика ткнула вилкой в баранью котлету Грея.
– Скажи, что ты думаешь.
К их столику подошла официантка; она поставила перед ними две кружки пива и положила на стол пару коктейльных салфеток.
– Привет от вашего друга за стойкой. Говорит, отвечать не нужно.
– Что ж, в таком случае спасибо вам, – сказал Грей.
– Что это значит? – Джеррика сдула пену.
– Официантка положила на стол лишнюю салфетку, прямо перед тобой. – Грей постучал по салфетке пальцем. – Взгляни-ка!
Джеррика взяла салфетку за край и перевернула. Салфетка была исписана черными чернилами. Джеррика тихо прочла вслух:
– «Будь осторожна. Олаф вернулся. Скорее всего, он выдал Кьеру и всех нас. За мной следили».
Сердце екнуло у Джеррики в груди, и она задышала чаще.
– Я ему отвечу.
– Давай. Он по-прежнему сидит за стойкой.
Джеррика сунула руку в сумочку, достала ручку.
– Что мне написать?
– Спроси, откуда он знает, что это Олаф, и почему?
Джеррика нацарапала вопрос и помахала официантке, которая разносила коктейли.
Когда та подошла, Джеррика смяла салфетку в руке:
– Вы не могли бы вернуть ее за стойку?
Официантка закатила глаза, но взяла у Джеррики салфетку и понесла к стойке на пустом подносе. Бросила смятую салфетку перед Сидаром и вернулась к работе.
Джеррика пыталась сосредоточиться на еде, но внутри у нее все переворачивалось. Зачем Олафу их выдавать? Невероятно. Неужели его перекупили? Ей вдруг стало нехорошо. Она прижала ладонь к животу.
– Что случилось? – Грей придвинул к ней стакан с водой. – Ты вся позеленела.
– Мне плохо. – Она отодвинула стул от стола. – Жди ответа Сидара. Я в туалет.
