Джудит была очень рада пойти в театр, а не на игру в карты. Но при одном упоминании о том, чтобы они с Перри поехали покататься в экипаже, она вдруг смутилась и покраснела. Джудит от поездки отказалась, сказав, что устала от утренней прогулки по городу. Перегрин настаивать не стал, а сразу же после ленча отправился поискать для себя какое-нибудь другое развлечение. Миссис Скэттергуд удалилась к себе в спальню, а Джудит села за рукоделие в гостиной, из окна которой она время от времени любовалась прелестным видом окрестностей.
Но долго наслаждаться тишиной мисс Тэвернер не удалось. Вскоре слуга сообщил о приходе гостя, и Джудит, смутившись, поднялась, чтобы поприветствовать капитана Аудлея, Джудит не смогла увидеть его глаза. Но после первого же его вопроса она поняла, что Ворт ничего о событиях предшествующего дня капитану не рассказывал. Ауд-лей поинтересовался, понравилась ли Джудит ее поездка, и была ли она достаточно комфортной. Мисс Тэвернер была совершенно уверена, что, будучи очень деликатным, капитан Аудлей никогда бы такого вопроса не-задал, если бы знал о случившемся. Джудит ответила весьма сдержанно и поспешила предложить другую тему для разговора. Сделать это было нетрудно. Усаживаясь рядом с нею у окна, капитан захотел узнать, как Джудит понравился Брайтон. А на эту тему она могла говорить сколь угодно свободно, не вспоминая о своих тяжелых раздумьях.
– О, Брайтон привел меня в полный восторг! – сказала мисс Тэвернер. – Он, конечно же, не очень большой, но зато в тысячу раз лучше, чем Скарбороу. А я-то привыкла считать, что лучше Скарбороу ничего быть не может! Но Брайтон превосходит все, что я когда-либо вообще видела. Мне бы хотелось остаться здесь навсегда.
– Очень скоро, когда наступит осень, вам захочется обратно в Лондон, – улыбаясь, произнес капитан. – Здесь прекрасно в яркий солнечный день, но, проведя тут некоторое время, понимаешь, что все тут одно и то же, и тогда становится ужасно тоскливо и скучно!
– Даже не верится! Вы действительно так считаете?
– Я? Лично я совсем так не считаю. Разве вы не говорили мне, что у меня прекрасный характер? Однако все молодые дамы очень скоро начинают в Брайтоне скучать, он им приедается. Это я могу сказать наверняка. Брайтон – совсем не то место, которое всегда доставляет одно удовольствие.
– Могу предположить, что эти молодые дамы с таким же успехом станут говорить, что им надоедает быть в Лондоне. А по мне, даже если можно пресытиться всеми этими балами и ассамблеями, я бы никогда не устала любоваться таким видом, как, например, этот.
– Я осмелюсь предположить, что вы измените свое мнение после первого же спокойного утра. Или же вы сейчас говорите не о море, а о Золотом бале? Да, здесь я с вами согласен, такой прекрасный вид вряд ли может быстро надоесть.
Джудит подалась вперед, чтобы получше разглядеть дорогу. Следуя за взглядом капитана, она с удовольствием заметила шоколадного цвета ландо, запряженное белыми лошадьми. Это ландо медленно ехало по плац-параду, а правил им высокий худой джентльмен. Он был одет настолько сверхмодно, что бросился бы в глаза в любой компании.
– Вы кое-что позабыли, – сказала Джудит. – Мистер Хьюз Болл – это такое зрелище, которое последние шесть-семь месяцев доставляло мне в Лондоне особое удовольствие. Он живет на Брук-стрит, как я знаю, и однажды оказал мне честь и нанес визит. А кто вон тот забавный пожилой джентльмен с напудренными волосами и с розой в петлице? Какой же у него странный вид, Боже правый!
– Что? Вы не знаете старину Хэнгера-Синий Крючок? – удивился капитан Аудлей. – Дорогая моя мисс Тэвернер! Это ведь лорд Колерейн. Его можно узнать по его зеленому плащу и напудренному парику. В Лондоне вы должны были встречаться с его братом.
– О, полковник Хэнгер! Да, конечно, я с ним встречалась.
– И он вам ужасно не понравился, – подмигнув, сказал капитан. – Он, вообще-то, не такой уж плохой малый, но, по правде говоря, близкие люди из окружения Регента не вызывают к себе большой любви у остальных граждан мира. Вот сейчас один из них как раз и трусит легким галопом перед нами. Чтобы найти человека, равного Макмэхону, надо объехать по крайней мере полсвета. Вот же он, вон тот коротышка в сине-темно-желтой униформе, который раскланивается и расшаркивается перед леди Дауншир!
Мисс Тэвернер заметила:
– Ах, так это и есть секретарь Регента! Он ужасно противный!
– Очень противный; и к тому же абсолютно ни к чему не пригодный.
Полковник Макмэхон попрощался с леди Дауншир и медленно пошел вдоль плац-парада. Как будто почувствовав, что за ним неотступно наблюдают две пары глаз, проходя мимо дома Тэвернеров, он взглянул наверх. Заметив в окне мисс Тэвернер, он бесцеремонно уставился на нее, не скрывая своего явного одобрения. Джудит покраснела и тут же отпрянула от окна, а капитан просто сказал:
– Не удивляйтесь, что он разглядывает вас с таким любопытством, мисс Тэвернер. У него очень своеобразные манеры.
