– Боже милостивый! Вы почти час не отпускали от себя мистера Брюммеля ни на шаг и после этого спрашиваете у меня, что все это значит?
У Джудит перехватило дух, и она побледнела как полотно.
– Мадам! О мой Бог! Мадам, но ведь это не мог быть мистер Брюммель?
– Не мистер Брюммель? Конечно же, он самый! Однако, любовь моя, я ведь вас специально предупреждала. О чем вы только думали?
– Я думала, вы все время говорили мне о том одиозном господине в зеленом фраке, – тихо отвечала Джудит. – Разве я могла себе даже представить…– Она вдруг замолчала и взглянула через всю комнату на стоявшего у стены мистера Брюммеля.
Их глаза встретились, мистер Брюммель улыбался. Сомнений быть не могло – он действительно улыбался.
– Я открыто заявляю, что могла бы просто броситься к нему в объятия! – воскликнула миссис Скэттергуд, жадно впитывая в себя этот поток взглядов. – Ну, теперь ваше положение прочно, моя дорогая! Какой крах для Джона Миллза! Наверняка Брюммель слышал, что говорил этот Миллз, который попытался настроить всех против вас! Такая наглость!
– Мистер Брюммель все знает, – сухо произнесла Джудит. – Я сама ему все рассказала.
Через два дня мистер Брюммель нанес Тэвернерам визит на Брук-стрит и задержался у них на целых три четверти часа. Мисс Тэвернер откровенно извинилась за свою неразумную грубость, но мистер Брюммель, лишь шутливо покачав головой, сказал:
– Столько людей слышало грубости от меня, мэм, но пока еще никто не слышал, чтобы я совершил глупость, попросив у них прощения. Единственное, за что вам бы следовало извиниться, так это за то, что вы приняли мистера Фронсхема за меня. А это удар, мадемуазель, признаюсь, жестокий удар! Я всегда думал, что такое просто немыслимо!
– Понимаете, сэр, вы вошли в зал следом за ним, а он был такой… такой великолепный! – оправдывалась Джудит.
– Его красит одежда, которую шьет его портной, – произнес мистер Брюммель. – Ну а я – я сам выбираю себе портного и своим именем возношу его!
Как хотелось Джудит, чтобы в этот момент рядом был Перегрин – ему бы очень полезно было услышать такое суждение!
К тому времени, как мистер Брюммель поднялся, чтобы откланяться, доброе впечатление, которое он произвел на Джудит в клубе Альмака, укрепилось еще больше. Он был очаровательным собеседником, держался просто отменно, безо всякой аффектации, но с большой грациозностью. У него была очень забавная манера представлять свои суждения в шутливой форме, что очень нравилось Джудит. Возможно, потому, что мистеру Брюммелю доставляло удовольствие абсолютно во всем высказываться в противовес мнению мистера Миллза, либо потому, что ему хотелось ублажить своего друга Ворта, но он проявил большую заинтересованность в появлении мисс Тэвернер в свете. Он посоветовал Джудит ни на йоту не менять своего раскованного поведения, которое так покоробило мистера Миллза. Оговаривать ее будут все равно – что так, что эдак.
Мисс Тэвернер с торжеством взглянула на свою компаньонку:
– А пристало ли мне самой править экипажем в парке, сэр?
– Разумеется! – отвечал мистер Брюммель. – Лучше и придумать нельзя. Делайте все, что вам хочется, только не будьте такой, как все!
Мисс Тэвернер вняла его совету и тотчас же наказала брату купить для нее высокий фаэтон и пару выездных лошадей.
В конюшне Перри ей ни одна лошадь не понравилась, она очень хотела, чтобы брат поехал с ней к известному всем Таттерсолу. В способность Перри разбираться в лошадях Джудит верила мало.
К счастью, в дело вмешался граф Ворт. К этому времени Перегрин пересмотрел уже в «Морнинг Пост» почти с десяток объявлений о лошадях: у всех, как писалось в газете, был прекрасный внешний вид, отличные осанка и шаг и огромная сила.
Как-то к вечеру граф прибыл на Брук-стрит, сам правя своим парным двухколесным экипажем.
Мисс Тэвернер как раз собиралась пройтись по Гайд Парку.
– Я вас надолго не задержу, – сказал Ворт, кладя на стол перчатки и шляпу. – Я слышал, вы купили высокий фаэтон для ваших собственных нужд?
– Совершенно верно, – отвечала Джудит. Граф оглядел ее сверху вниз.
– А вы умеете править лошадьми?
– Иначе я бы не купила экипаж, лорд Ворт.
– Я бы сказал, что для дамы куда безопаснее простой фаэтон.
– Вы можете говорить, что вам угодно, сэр. Но я выеду в высоком.
– Я в этом не очень-то уверен, – сказал Ворт. – Пока вы меня еще не убедили, что можете им править.
Джудит выглянула в окно и увидела графского грума, который стоял возле разгоряченных запряженных лошадей. Сегодня гнедых в экипаж не впрягли, заменив их на серых.
– Позвольте мне заверить вас, сэр, что я не только умею править двумя лошадьми. Я бы могла с такой же легкостью справиться с вашими четырьмя, – заявила Джудит.
– Превосходно! – неожиданно согласился граф. – Давайте!
Джудит была совершенно ошарашена.
– Вы хотите сказать – прямо сейчас?
– А почему бы и нет? Уж не боитесь ли вы?
– Я? Боюсь? Лучшего и желать нельзя! Только я для поездки не одета.
– У вас в распоряжении двадцать минут, – произнес граф. И направился к креслу около стола.
