Перри ходил на учебные тренировки по боксу в салон Джексона; стрелял в галереях у Мэнсона; фехтовал в клубе Анджело; ходил пить «Блу руин» в салон Крибба; выезжал на скачки в собственном экипаже-тильбюри. Вообще он вел себя точно так же, как и любой другой молодой джентльмен с хорошим состоянием, который считает себя модным щеголем.
В речи Перри появились расхожие выражения. Он потерял уйму денег, играя в макао или делая ставки в спорах со своими закадычными друзьями. Перри стал слишком много выпивать.
Все это начало вызывать у Джудит большую тревогу. Когда она пыталась увещевать брата, он только смеялся в ответ и заверял сестру, что ему можно доверять, – он никогда черты не перейдет. После таких разговоров Перри отправлялся с компанией веселых джентльменов и зозвращался лишь под утро под сильными винными парами или же – по его собственному определению – приняв чуточку больше нормы.
Джудит обратилась за советом к своему кузену. С адмиралом у нее близкие отношения так и не сложились, но с Бернардом Тэвернером они вскоре стали хорошими друзьями.
Мистер Тэвернер выслушал Джудит очень внимательно. Он согласился, что Перегрин ведет уж слишком бурную жизнь. Потом мягко сказал:
– Вы знаете, я сделаю ради вас все, что только в моих силах. Я вижу то, о чем вы говорите, и очень об этом сожалею. Я только удивляюсь, почему в дело не вмешивается лорд Ворт.
Джудит подняла на него глаза.
– А не могли бы это сделать вы? – спросила она. Мистер Тэвернер улыбнулся.
– У меня нет на то никакого права. Вы думаете, Перри меня послушает? Уверен, не станет. Он посчитает, что я просто зануда, и на этом все кончится. Лучше бы…– Он замялся. – Можно мне быть откровенным?
– Я была бы только рада.
– Тогда я бы сказал, что, по моему мнению, здесь должен проявить свой авторитет лорд Ворт. Такое право есть только у него.
– Но именно лорд Ворт предложил кандидатуру Перри в клубе Вотьера, – с горечью сказала Джудит. – Сначала я обрадовалась, но я и понятия не имела, что там одни игроки. И именно Ворт повез Перри в ужасную таверну, которую они называют «салоном Крибба». А там он и встречается со всеми этими боксерами-профессионалами, о которых день и ночь только и говорит. С минуту мистер Тэвернер молчал. Потом он произнес:
– Я этого не знал. И все-таки винить Ворта нельзя: это его собственный мир, тот самый, куда так стремился попасть Перри. Лорд Ворт сам по натуре – игрок, он всем известен как отчаянный кутила. Он из тех, на ком держится Карлтон Хаус. Может быть, его очень мало тревожит, чем занимается Перри? Поговорите с ним, Джудит: вас он должен послушать.
– Почему вы так думаете? – нахмурилась Джудит.
– Извините меня, моя милая кузина, но мне несколько раз казалось, что Его Светлость проявляет к вам особое пристрастие. Нет, больше я ничего не скажу.
– О нет! – воскликнула Джудит с негодованием. – Вы ошибаетесь. Об этом даже помыслить невозможно!
Мистер Тэвернер сделал такой жест, как будто хотел взять Джудит за руку. Но он подавил в себе это желание и сказал, открыто глядя ей в глаза:
– Я очень рад.
– Вы что-нибудь против него имеете? – быстро спросила Джудит.
– Абсолютно ничего! И если я боялся… если мне пришла в голову эта неприятная мысль, что у него к вам особое отношение, вы должны меня простить. Я просто не мог удержаться. Но я и так сказал уже слишком много. Поговорите с лордом о Перри. Я не сомневаюсь, что Ворт никоим образом не хочет, чтобы Перри отбился от рук.
Этот разговор сильно взволновал Джудит, и особенно взгляд мистера Тэвернера, которым он сопровождал свои слова. Все это не вызвало у нее неприязни: мистер Тэвернер ей очень нравился. Но ей хотелось, чтобы он больше ничего не говорил. Казалось, он вот-вот объяснится ей в любви. И она была благодарна, что он этого не сделал. Джудит не знала, что творилось в ее собственном сердце.
Совет мистера Тэвернера был слишком искренним, и игнорировать его было нельзя.
Джудит долго думала о его словах и поняла, насколько они справедливы. Решив поговорить с Вортом, она села в свой фаэтон и без кучера, одна, поехала к графу. Если она пригласит его на Брук-стрит, это значит, что непременно при сем будет присутствовать миссис Скэттергуд. Джудит подумала, что ничего предосудительного нет, если опекуна навещает его воспитанница.
Джудит попросили пройти в гостиную. Но через пару минут слуга вернулся и пригласил ее следовать за ним. Они прошли один лестничный пролет и оказались в личной комнате Его Светлости. Лакей огласил ее приход.
Граф стоял возле стола у окна. Держа в руках нечто похожее на винную бутылку, он погружал в нее какой-то железный предмет вроде шпаги. На столе было несколько листков пергаментной бумаги, сито, две стеклянные пиалы, пестик и ступка из самшитового дерева.
Мисс Тэвернер смотрела на все эти вещи с большим удивлением, совершенно не понимая, что с ними делает граф.
