– Боже правый! Отнюдь! Ничего подобного! Я приехал сюда испытать свое счастье – вдруг да мне повезет с наследницей! Где же она? Она не косоглазая и не похожа на мешок с гвоздями? А на вид – уродина? Все богатые наследницы такие!
Граф отступил на несколько шагов.
– Можете судить сами, – сухо произнес он. – Мисс Тэвернер! Не обращайте внимания на то, что он отрекомендовал вам себя столь странно, я должен вам представить моего брата. Это капитан Аудлей.
Капитан, высокочтимый Чарльз Аудлей, уставился на мисс Тэвернер в полном изумлении. Его глаза засверкали, выражая сразу и испуг, и восхищение. Не веря своим глазам, он пробормотал:
– Боже правый! Разве такое возможно? – и поспешил пройти поближе к Джудит. – Мэм, я ваш самый верный слуга! Что я могу еще сказать?
– Вы и так уже сказали слишком много, – забавляясь, произнес граф.
– Верно, совершенно верно! Воистину, отпираться бессмысленно. Мисс Тэвернер, вы ничего из моих слов не слышали; вас просто здесь не было!
– Как раз наоборот! Я отлично все слышала, – сказала Джудит, не в силах противиться его улыбке, и протянула капитану свою руку. – Как вы себя чувствуете? Мне очень жаль, что у вас перевязана рука. Надеюсь, эта рана не надолго?
– Что моя рука, мэм, в сравнении с военными потерями на
Джудит не удержалась и рассмеялась. Глаза капитана неистово засверкали.
– Вы должны позволить мне сказать, что, имея богатый опыт общения с наследницами, я до сегодняшнего дня никогда не встречал наследницы, которая не напоминала бы мне ночные кошмары. Вы возродили во мне веру в чудеса, мисс Тэвернер!
– Если вы будете продолжать в том же духе, мисс Тэвернер попросит, чтобы ей немедленно подали ее карету, – заметил граф.
– И не подумаю! – улыбнулась Джудит. – Я просто счастлива, что не вызываю у капитана Аудлея воспоминаний о ночных кошмарах! – И она пошла к выходу. – Вам столько надо рассказать друг другу. Я лучше пойду.
С этими словами Джудит вышла. Капитан Аудлей закрыл за нею дверь и взглянул на графа.
– Джулиан, ты просто чудовище! Ты ее все время скрывал! Вы, что, с нею помолвлены?
– Нет, – отвечал Ворт. – Я с нею не помолвлен.
– Тогда ты просто сошел с ума! – заявил капитан. – Пожалуйста, не говори мне, что ты собираешься выпустить из своих рук и это огромное богатство, и эту красавицу! Я лично твердо вознамерился сам попробовать добиться ее руки!
– И попробуй, непременно попробуй! У тебя ничего не получится, но это по крайней мере удержит тебя от озорства.
– А, не будь слишком самоуверенным! – засмеялся капитан. – Ты в таких вещах мало что знаешь, мой мальчик.
– Знаю вполне достаточно, – парировал граф. – Я ведь ее опекун.
– Ну, черт побери! – воскликнул капитан Аудлей. – Должен ли я понимать это так, что ты введешь свои запреты?
– Ты все правильно понимаешь, – сказал граф. Капитан водрузился яа край стола.
– Ну что ж, превосходно? Тогда – Гретна-Грин. Мой дорогой, да ты сам в нее влюблен! Мне опять уйти? Ворт улыбнулся.
– Знаешь, Чарльз, твоя вульгарность абсолютно под стать твоей самонадеянности. Ну, да ладно! А теперь расскажи мне, как обстоят твои дела!
– Всему свое время, – произнес капитан. – Сначала ты мне должен сказать, надо ли мне держаться подальше от этой наследницы или нет.
– Отнюдь! Не вижу для этого никаких причин. Я полагаю, ты можешь быть мне даже полезен. У наследницы есть брат.
– Меня ни в малейшей степени не интересует ее брат, – возразил капитан.
– Тебя, возможно, и нет, а вот я в нем весьма и весьма заинтересован, – сообщил Ворт. Он задумчиво оглядел капитана. – Мне кажется, Чарльз, то есть я почти уверен, что ты с юным Перегрином очень подружишься, если он того захочет. К сожалению, меня он не любит, а его предвзятость может распространиться и на тебя.
– Жаль, жаль! А почему это тебе так хочется, чтобы ему понравился я?
– Потому что, – медленно произнес граф, – мне нужно, чтобы он доверял кому-то, кому могу верить я.
– Боже правый! Зачем это? – удивился капитан.
– Перегрин Тэвернер, – взвешивая каждое слово, отвечал граф, – чрезвычайно богатый молодой человек. И если с ним что-нибудь случится, большую часть его состояния унаследует его сестра.
– Превосходно! Тогда давай тотчас же утопим его в озере, – весело предложил капитан. – Проще говоря, от него надо избавиться.
– От него уже избавляются, – без малейшего признака каких бы то ни было эмоций, ровным голосом сказал граф. – Последние пять дней он нюхает отравленный табак.
