– Да, так и есть. Выяснилось, что де Токоли заранее дали понять – без всяких на то оснований, – что эта молодая женщина, как бы выразиться, вполне доступна для предложений определенного рода.
– Доступна для предложений! – усмехнулся принц. – Нужно запомнить это выражение.
– А она, в свою очередь, выслушала рекомендации дать ему самый жесткий отпор, если он вздумает позволять себе вольности.
– Значит, кто-то заранее решил устроить сцену. Хитро. И кто же именно?
Мэйзи немного помедлила. До этого она никогда еще не пользовалась знакомством с принцем, чтобы кого-то очернить. Но Августа этого заслуживала.
– Вам знакома некая Августа Пиластер?
– Да, разумеется. Матрона, если можно так выразиться,
– Верно. Та девушка, Нора, вышла замуж за племянника Августы Хью. Августа его ненавидит и устроила все это назло ему.
– Вот змея! Но ей не следовало устраивать такие сцены в моем присутствии. Теперь мне даже захотелось как-то наказать ее.
Этого Мэйзи и дожидалась. Переведя дыхание, она набралась решимости и сказала:
– Я думаю, с вашей стороны было бы достаточно просто обратить внимание на Нору и показать, что вы ее прощаете.
– И не обращать внимания на Августу. Да, мне кажется, этого было бы достаточно.
Танец закончился.
– Представить вам Нору? Сегодня она здесь.
Принц пристально посмотрел на нее.
– Так вы все устроили заранее, проказница?
Этого-то она и боялась. Принц был неглуп, и он догадался, что она тоже строит свои планы у него за спиной. Лучше всего было во всем честно признаться. Она опустила глаза и постаралась покраснеть.
– От вашего орлиного взора ничего не скрыть. Глупо было с моей стороны полагать, что вас можно обвести вокруг пальца.
Сменив выражение лица, она одарила его чистосердечной улыбкой с легким выражением раскаяния.
– Что мне сделать, чтобы заслужить ваше прощение?
– Не искушайте меня, – на мгновение в его глазах загорелся сладострастный огонек. – Ну ладно, я вас прощаю и так.
Мэйзи вздохнула с облегчением. Что ж, пронесло; теперь дело за Норой – она должна очаровать его.
– Так где же наша шалунья? – спросил принц.
Нора находилась недалеко, как ей и приказывали. Мэйзи перехватила ее взгляд, и та тут же подошла к ним.
– Ваше высочество, разрешите представить вам миссис Хью Пиластер.
Нора присела и захлопала ресницами.
Принц оценивающе посмотрел на ее открытые плечи и пухлую розовую грудь.
– Очаровательно. Вполне очаровательно, – сказал он не без восторга.
Хью с удовольствием смотрел за тем, как Нора беззаботно беседует с принцем Уэльским. Еще вчера она считалась изгоем, живым доказательством того, что не сделать кожи из рогожи. Из-за нее банк потерял крупный контракт, а карьера Хью пошла под откос. Теперь же ей завидовала каждая женщина в зале: идеальное платье, очаровательные манеры и внимание наследника трона. И все это благодаря Мэйзи.
Августа, как и ее муж Джозеф, стояла рядом с Хью и не сводила глаз с Норы и принца. Она постаралась придать своему лицу безразличное выражение, но Хью понимал, что сейчас внутри ее все клокочет и переворачивается. Должно быть, она места себе не находит оттого, что Мэйзи, девушка из рабочего класса, которую она шесть лет назад выгнала из дома, теперь обладает гораздо большим влиянием, чем она.
Словно специально выгадав подходящий момент, к Джозефу подошел Сидни Мадлер и недоверчиво спросил:
– Это и есть та женщина, которая, по вашим словам, не годится в супруги банкиру?
Пока Джозеф собирался ответить, вмешалась Августа:
– Да, это она стоила банку крупного контракта, – заметила она обманчиво мягким тоном.
– Сказать по правде, мы сейчас работаем над этим контрактом, так что еще ничего не потеряно, – счел нужным пояснить Хью.
Августа повернулась к Джозефу.
– Неужели граф де Токоли не вмешался?
– Похоже, он довольно быстро пришел в себя и не стал раздувать из мухи слона, – ответил Джозеф.
– Какое благоприятное стечение обстоятельств! – Августа сделала вид, что удовлетворена ответом, но ее неискренность была заметна всем.
– Финансовые соображения очень часто перевешивают социальные предубеждения, – сказал Мадлер.
– Действительно, – согласился Джозеф. – Мне кажется, мы поспешили, отказав Хью в партнерстве.
– Джозеф, что ты хочешь этим сказать? – спросила Августа самым сладким своим голоском.
– Это всего лишь коммерческие дела, моя дорогая. Мужской разговор, который тебе вряд ли интересен, – и с этими словами Джозеф повернулся к Хью: – Признаюсь, нам очень не хочется, чтобы ты работал у Гринборнов.
Хью не нашелся что сказать. Он знал, что Сидни Мадлер поднял шум и что на его стороне выступил дядя Сэмюэл, но чтобы свою ошибку признал дядя Джозеф – это было неслыханно. Но зачем в противном случае ему вообще затрагивать эту тему? В глубине души Хью зародилась надежда.
– Вы знаете, почему я предложил Гринборнам свои услуги, дядюшка, – сказал он.
– Но они никогда не сделают тебя партнером, и ты тоже прекрасно это знаешь, – сказал Джозеф. – Для этого нужно родиться евреем.
– Да, я знаю.
– И разве тебе не было бы приятнее работать на семью?
