Чингфорд представлял собой резкий контраст с Кенсингтоном – всего лишь ряд дешевых домов с небольшими садиками, выстроившихся вдоль единственной дороги. Хью, конечно, философски относится к неудачам, а вот Норе, должно быть, их переезд пришелся не по душе. Эта стерва вышла замуж за Хью исключительно ради денег, и ей не хочется снова становиться бедной.
Постучав в дверь дома Хью, Мэйзи услышала детский плач. Дверь открыл мальчик лет одиннадцати.
– Ты ведь Тоби, верно? – спросила Мэйзи. – Я хочу поговорить с твоим папой. Меня зовут миссис Гринборн.
– Боюсь, папы нет дома, – вежливо ответил мальчик.
– А когда он должен вернуться?
– Не знаю.
Мэйзи огорчилась. Она так надеялась увидеть Хью своими глазами! В разочаровании она сказала:
– Может, ты скажешь, что я прочитала в газетах об одном происшествии и приезжала проверить, все ли с ним в порядке.
– Хорошо, я ему передам.
Больше ей ничего в голову не приходило. Нужно было возвращаться на станцию и ждать обратного поезда в Лондон. По крайней мере, ей удалось избежать стычки с Норой.
Но что-то в выражении лица мальчика обеспокоило ее. Казалось, что он чем-то напуган. Поддавшись необъяснимому чувству, она обернулась и спросила:
– А твоя мать дома?
– Боюсь, что нет.
Странно. Хью теперь не мог позволить себе содержать гувернантку. Мэйзи показалось, что тут что-то не то.
– А могу я поговорить с тем, кто за вами присматривает?
Мальчик замялся.
– Вообще-то никого в доме нет, кроме меня и моих братьев.
Интуиция не подвела Мэйзи. Что происходит? Как три ребенка оказались дома одни? Она не знала, как поступить, опасаясь упреков со стороны Норы. С другой стороны, она не может просто так взять и уйти, оставив детей Хью на произвол судьбы.
– Я давняя знакомая вашего отца… и матери… – сказала она.
– Да, я видел вас на свадьбе тети Дотти.
– Ах да… Можно мне войти?
Было заметно, что Тоби с радостью ухватился за эту мысль.
– Да-да, конечно, – оживленно ответил он.
Мэйзи прошла в кухню в задней части дома, откуда доносился плач. Ревел четырехлетний малыш, сидевший на полу. Другой мальчик, лет шести, сидел за столом и был готов разрыдаться в любую минуту.
Мэйзи подняла с пола малыша. Она знала, что его назвали Соломоном в честь Солли Гринборна.
– Ну, хватит тебе! – проворковала она. – Чего ты расплакался?
– Где моя мама? – спросил Сол и заревел еще громче.
– Тише-тише, не плачь, – попыталась успокоить его Мэйзи, раскачивая в руках, и, ощутив влагу, поняла, что малыш обмочился. Оглядевшись, она заметила, что в кухне царит беспорядок. На столе рассыпаны хлебные крошки и разлито молоко, в раковине лежат грязные тарелки, на полу грязь. И очень холодно – огонь давно погас. Создавалось впечатление, что дети брошены.
– Что здесь происходит? – обратилась Мэйзи к Тоби.
– Я хотел их накормить. Сделал бутерброды с маслом и нарезал ветчины. Хотел заварить чай, но обжег руку о чайник. – Он старался казаться храбрым, но в глазах у него застыли слезы. – Вы не знаете, где может находиться мой отец?
– Не знаю.
От внимания Мэйзи не ускользнуло, что малыш звал маму, но старший сын уже спрашивает об отце.
– А твоя мать?
Тоби взял с каминной полки и протянул ей конверт с адресатом: «Хью».
– Оно не запечатано. Я его прочитал, – сказал Тоби.
Мэйзи открыла конверт и вынула единственный лист бумаги. На нем большими буквами было выведено единственное слово:
ПРОЩАЙ
Мэйзи ужаснулась. Как мать могла бросить троих детей? Каждого из них Нора вынашивала, кормила своей грудью. Мэйзи вспомнила о матерях в женской больнице южного Саутуарка. Если бы любой из них предоставили трехкомнатный дом в Чингфорде, она решила бы, что оказалась на небесах.
Но сейчас не время для размышлений.
– Твой отец вернется вечером, я уверена, – сказала она, на-деясь на то, что это правда, и обратилась к четырехлетнему малышу на руках: – Но мы ведь не хотим, чтобы он увидел этот беспорядок, правда?
Сол с серьезным видом кивнул.
– Сейчас вымоем посуду, подметем пол, зажжем огонь и приготовим ужин.
Мэйзи посмотрела на шестилетнего мальчугана.
– Как тебе план, нравится, Сэмюэл?
Сэмюэл тоже кивнул.
– Я люблю тосты.
– Тогда мы их и приготовим.
– А как вы думаете, в котором часу вернется отец? – все еще с сомнением в голосе спросил Тоби.
– Я честно не знаю, – призналась Мэйзи.
Лгать причин не было, дети всегда отличают вранье от правды.
– Но скажу вам вот что. Ты можешь оставаться здесь допоздна, пока он не придет. И не будешь ложиться спать? Согласен?
Это предложение Тоби обрадовало.
– Согласен, – ответил он.
– А теперь, Тоби, ты, как самый старший, принеси ведерко с углем. Сэмюэл, я поручаю тебе протереть стол тряпкой. А ты, Сол, можешь подметать, потому что ты ближе всех к полу. Итак, мальчики, за работу!
Хью впечатлило, насколько оперативно Скотленд-Ярд отре-агировал на его заявление. Дело поручили детективу-инспектору Мэгриджу, остролицему мужчине примерно того же возраста, что и Хью, умному и внимательному к деталям – такому, из которого вышел бы хороший клерк в банке. Через час он разослал по телеграфу описание Мики Миранды и приказал устроить досмотр во всех портах.
