Опасное желание полностью

Этот голос пробудил в нем множество воспоминаний. И ни одно из них не было приятным. Мягкий и чувственный, как летний солнечный свет, этот дразнящий шепот обволакивал его, обольщал медовым жаром, обещанием сладких поцелуев.

Сквозь полуоткрытую дверь донеслось еще одно слово, и у него вдруг возникло такое ощущение, будто по его телу ползет змея, готовясь впиться в него крепкими, как алмазы, зубами.

О да, он узнал этот голос. И яд, таящийся в звуках этого голоса, угрожал его душевному покою.

Тем не менее Камерон Даггет не смог противостоять искушению. Он ближе придвинулся к погруженному в тень дверному проему и вслушался.

Он только что вошел в прихожую, воспользовавшись, с разрешения владелицы заведения, боковым входом, и поэтому о его присутствии в доме пока еще никто не знал. Камерон вгляделся в полутемный коридор за дверью, тускло освещенный висевшими на стенах масляными лампами, и различил две стоявшие в нем фигуры. Фитили ламп были прикручены и горели не в полную мощность, поскольку посетители заведения предпочитали не афишировать свои визиты. И все же Камерон смог разглядеть, что в коридоре разговаривали две дамы. Одной из них была хорошо знакомая ему Сара Хокинс, владелица «Волчьего логова», а второй…

– Это против установленных у нас правил, мисс Лоуренс, – говорила Сара, понизив голос. – Обычно я не разрешаю женам, сестрам или другим лицам женского пола досаждать джентльменам, которые опекают наше заведение. Это вредит бизнесу. Надеюсь, вы меня понимаете? Джентльмены вправе рассчитывать на конфиденциальность своих визитов к нам.

– Я все понимаю, – проговорил голос из прошлого.

Нет, Камерон не ошибся. Это действительно была Софи. Он попытался перевести дыхание, но его легкие словно были заполнены свинцом.

– Вы, несомненно, правы, – продолжала мисс Софи Лоуренс. – И если бы не острая необходимость, я бы никогда не обратилась к вам с подобной просьбой. Дело в том, что я нахожусь в полном отчаянии.

В полном отчаянии? Камерон не верил этой женщине. И тем не менее, затаив дыхание, ловил каждое ее слово.

– Да, я это вижу, – вздохнув, проговорила Сара, и в коридоре на некоторое время воцарилось молчание.

– Ну хорошо, – снова послышался голос владелицы заведения, – я сделаю для вас исключение. Подождите немного вон в той комнате. – Она указала на одну из дверей в коридоре. – Я приведу сюда джентльмена. Но прошу вас не затягивать разговор и, ради Бога, ведите себя тихо. Никаких слез, крика, зубовного скрежета, иначе я прикажу швейцару вывести вас из дома.

– Нет, нет, не буду устраивать сцен, – пообещала Софи, и от ее шепота у Камерона сильно заколотилось сердце.

– Как только закончите разговор, сразу же уходите, – сказала Сара. – Я ничего не имею против вас, мисс, но чем скорее вы покинете это здание, тем лучше.

«Беги отсюда, куда глаза глядят, – приказал Камерону внутренний голос. – Беги и не оглядывайся!»

Инстинкт самосохранения редко подводил Камерона. В конце концов, он научился сдерживать свои страсти и даже избегать повседневных опасностей – таких, например, как визиты судебных приставов или преследование сыщиков с Боу-стрит.

И все же в этот момент он не нашел в себе сил прислушаться к голосу разума. Вместо того чтобы уйти, Камерон прокрался в узкий коридорчик для прислуги и стал ждать возвращения Сары с человеком, которого хотела видеть Софи.

И вот наконец раздались приглушенные голоса, звук открывающейся и закрывающейся двери, стук каблучков удалявшейся Сары… Двигаясь плавно, как крадущаяся пантера, Камерон вышел из своего укрытия и приблизился к двери в комнату, в которой находились Софи и неизвестный джентльмен.

Что за причина заставила святую Софи Лоуренс явиться в одно из самых злачных мест Лондона? Этот вопрос не давал Камерону покоя. «Волчье логово», заведение, расположенное в опасных трущобах Саутуорка, было известным борделем и притоном, где играли в азартные игры по-крупному повесы и отъявленные негодяи, потрясавшие устои светского общества.

Но почему все это так волнует его по прошествии многих лет? «Потому что я круглый дурак», – пришел к выводу Камерон, чувствуя к себе легкое отвращение.

Дверь в комнату была заперта изнутри. Достав из-за голенища сапога острый штырь, Камерон просунул его в щель, бесшумно отодвинул задвижку и немного приоткрыл дверь.

Софи прятала лицо под густой вуалью, которая еще больше приглушала ее шепот. Собеседник Софи тоже разговаривал очень тихо. Камерон не мог разобрать слов. Однако он хорошо рассмотрел небольшой сверток, который Софи передала джентльмену. Издав довольный смешок, тот спрятал его в карман.