«ТЫ НАРУШИЛА ПРАВИЛА, МАЛЫШКА. ТЕПЕРЬ ТЫ ПРИНАДЛЕЖИШЬ МНЕ».Я — альфа-волк, один из самых молодых в Штатах. Я могу выбрать любую волчицу в стае в качестве пары. Так почему же принюхиваюсь к сексуальной человеческой девушке-адвокату по соседству? Как только улавливаю сладкий запах Эмбер, мой волк хочет ее заполучить. Крутиться вокруг нее — плохая идея, но я не играю по правилам. Эмбер ведет себя чопорно и чинно, но у нее тоже есть секрет. Возможно, ей не нужны ее экстрасенсорные способности, но это дар.Я должен отпустить ее, но то, как она борется со мной, заставляет меня желать ее еще больше. Когда она узнает, кто я, ей уже не скрыться. Она в моем мире, нравится ей это или нет. Мне нужно, чтобы она использовала свой дар, чтобы найти мою пропавшую сестру, и я не приму отказа. Теперь она моя.
Занесите в протокол: сумасшедшие, страдающие видениями, должны держаться подальше от переполненных аэропортов.
Я подкатываю чемодан к раковине в туалете и смотрю на свое отражение в зеркале, пока мою руки. Волосы по-прежнему убраны в пучок, но пронзительная головная боль превратила меня в монстра, глаза налиты кровью и запали, как будто они втягиваются в череп, чтобы уйти от всего на свете.
Здорово. Жуткая мигрень в день собеседования. Как раз то, что мне нужно.
Вытираю руки бумажным полотенцем и прижимаю влажную бумагу к щекам, подавляя стон.
О чем я думала, когда летела сюда? Ничто так не провоцирует галлюцинации, как скопление большого количества людей. Парень в деловом костюме столкнулся со мной, и тут же промелькнуло его воспоминание: он в постели с женщиной. Изменяет своей жене.
Не понимаю, откуда я это знаю. И лучше бы не знала.
Может, мне лучше спрятаться в туалете, пока не объявят мой рейс. Да, хороший план. Сумасшедшая Эмбер, прячется в туалете, потому что у нее видения, куда бы она ни пошла. Ради этого я пошла в юридическую школу?
Телефон пищит. Десять сорок два утра. Пятнадцать минут до посадки и пять часов до собеседования. Роюсь в кармане в поисках ибупрофена, морщась от звона таблеток в бутылочке.
Пусть в протоколе будет отражено: мне нужно постоянно держать в сумочке огромные запасы пузырьков с обезболивающими препаратами.
— Извините. — За спиной раздается теплый голос, и пожилая женщина касается моей спины, потянувшись за бумажным полотенцем.
Хочу увернуться, не поднимая глаз, но женщина зажала меня между раковинами и бумажными полотенцами, не давая возможности вырваться. Я поднимаю взгляд с вежливой улыбкой.
У женщины длинные белые волосы, но удивительно молодое лицо и большие голубые глаза. — Как долго вы практикуете интуитивное искусство?
Я оглядываюсь, хотя знаю, что тут больше никого нет. Но женщина не могла говорить со мной, верно? — Что, простите?
Она все еще прикасается ко мне, ее пальцы слегка трогают мой рукав. — Интуитивное искусство? Как давно вы практикуете?
Холодок пробегает по мне. — Простите, я не знаю, о чем вы говорите.
Лицо женщины омрачается. — Ой. — Ее взгляд меняется. — Но вы должны дорогая, или у вас будут продолжаться головные боли, пока не начнете.
Зрение расплывается от быстро движущихся картинок, которые пыталась подавить. Накатывает тошнота. Я вижу огромного, мускулистого мужчину, стоящего на пляже, с нахмуренными бровями и сжатыми кулаками. Затем рычащего волка в клетке.
Я с силой выдыхаю и втягиваю воздух, тряся головой, как будто это поможет избавиться от дурацких видений. Когда снова внимание возвращается к уборной, моргаю. Женщина исчезла.
Схватив ручку чемодана, выхожу из туалета и ищу беловолосую женщину, когда на глаза попадаются часы. Десять сорок два утра. Время наверняка неверное.
Я проверяю свой телефон как раз в тот момент, когда цифра два сменяется на три. В туалете время словно почти не прошло, но женщины не видно.
Как она растворилась в воздухе?
Я вхожу в лифт, подпирая дверь ногой, чтобы придержать ее для приближающейся группы.
— Спасибо. — Глубокий голос резонирует в маленьком пространстве. Большая рука с татуировкой фаз луны обхватывает дверь, и она принадлежит голубоглазому мужчине-гиганту. Под его выцветшей футболкой и татуировками виднеются мускулы, как у Конана-варвара. Он, наверное, мог бы съесть меня на обед и все равно остаться голодным.
Двое мужчин помоложе, таких же громадных, стоят по бокам от него. Бритые головы, куча пирсинга и еще больше татуировок. Я едва сдерживаюсь, чтобы не отшатнуться.
Что ангелы ада делают в многоэтажном доме?
