Может ли адвокат Эмбер превратиться в цыпочку-байкершу Эмбер? На долю секунды вижу себя без своего шикарного делового костюма в обтягивающих джинсах и топе. Волосы распущены по плечам, щеки загорелые и подставленны ветру. Я цепляюсь за Гаррета, наклоняясь к изгибу дороги, пока мы едем.
Я моргаю. У меня только что было видение? Моя голова слегка пульсирует в ответ, но боли нет.
— Итак, зайдешь, принцесса? — Гаррет все еще смотрит на меня дружелюбными голубыми глазами. Девушка может заблудиться в этом лазурном море.
Нет. Выбирай безопасность.
— Нет, спасибо.
— Ладно. Многое теряешь. — Он убирает ботинок.
Я толкаю дверь, и она захлопывается перед нашими лицами. Я визжу, как идиотка. Господи. Я делаю долгий, прерывистый вдох. Что-то высвободилось у меня в животе и кувыркается, как воздушный шарик, выпускающий воздух.
Запирая засов, я прижимаюсь ухом к дереву и прислушиваюсь. Проходит три секунды, прежде чем слышу удаляющиеся шаги. Я прислоняюсь к дверному проему, прикладываю руку к голове. Легкая пульсация исчезла.
Заметка: завтра мне нужно позвонить администрации здания и точно выяснить, кто эти ребята и есть ли на них какие-либо жалобы.
Насколько знаю, моя квартира могла бы освободиться, потому что никто не хочет жить рядом с этими парнями. Я чертовски уверена, что это так.
По крайней мере, так я убеждаю себя.
— У меня даже жемчуга нет, — бормочу я, снимая туфли-лодочки и ставя портфель на стол, пока набираю номер лучшей подруги.
— Привет, девочка, — отвечает она. Я могу быть скучной и нормальной или, по крайней мере, пытаюсь такой быть, но моя лучшая подруга классная. Однако ее мама была хиппи, и именно поэтому ей дали возмутительное имя.
— Привет, Фоксфайр. Как дела?
— Пытаюсь быть чем-то занятой… знаешь, чтобы отвлечься от этого. — Фоксфайр поймала своего парня на измене в прошлые выходные и выгнала его. Вовремя, но расставания — отстой, поэтому я назначила себя ее чирлидером номер один и координатором мероприятий, пока не исчезнет риск того, что она сдастся и попросит его вернуться.
— Хочешь прийти ко мне? Мы могли бы посмотреть «Нетфликс» и расслабиться. — Сегодня вечером я готова к немного ошеломляющему телевидению. Ничто так не сдерживает мои безумные видения, как глупые реалити-шоу. Если бы только это помогло моим головным болям.
— Нет, спасибо, — вздыхает Фоксфайр.
Я чувствую, что начинается печальный виток, и пытаюсь выкарабкаться. — Эй, ты знаешь, что мы должны сделать?
— Что?
— Сходить на танцы завтра вечером. «Морфы» играют в клубе «Эклипс».
— Я не знаю. На самом деле мне не хочется.
— Ты издеваешься надо мной? Они твои любимчики. Ты всегда говоришь мне, как они хороши на концертах. — В большинстве случаев я избегаю клубов, баров и любых других шумных мест, как будто от этого зависит мое здравомыслие. Что, учитывая мою склонность к видениям, вполне возможно. Фоксфайр, лучше это оценить. Я делаю глубокий вдох и нагло лгу. — Теперь я действительно хочу идти.
— Ты? Ты ненавидишь выходить на улицу. Обычно это я тебя тащу.
— Э-э, да, и теперь я скучаю по этому. Знаю, тебе не хочется, но дело не в этом. Смысл в том, чтобы заставить себя выйти и быть общительной. — Я использую аргумент, который она много раз использовала против меня. — Держу пари, что миллион парней за тобой приударят.
Фоксфайр фыркает. — Я сомневаюсь. Но хотела бы, чтобы это был Космо.
— Я тоже. — Теперь моя очередь вздыхать.
— Так что с тобой? Ты так много работала в последнее время.
— Да, в центре полно народу.
— Много детей проходит через систему? — Нежное сочувствие в тоне Фоксфайр заставляет мои плечи распрямиться.
— Не много.
— Ну, я знаю, что ты им помогаешь. Ты практически делаешь адвокатам доброе имя.
— Я об этом не в курсе, но помощь детям необходима. Господи, у многих из них самая хреновая жизнь. Они заслуживают хотя бы одного неравнодушного человека, представляющего их в системе. — Я беру губку из раковины и протираю столешницу, хотя она и так чистая. — А я… только что познакомилась с парнями, которые живут по соседству.
— О, да? — Фоксфайр растягивает голос в намекающем тоне.
— Нет, не так. Пугающе выглядящими парнями. — Я вспоминаю голубые глаза Гаррета и улыбку с ямочками на щеках. Может быть, он не такой уж и страшный. Но определенно заставил меня чувствовать себя взволнованной и сбитой с толку. — Я не знаю. Не могу сказать, запугивали ли они меня или флиртовали.
— В твоем голосе слышен интерес.
— Нет, определенно нет. — Абсолютная ложь. Мою руку покалывает в том месте, где Гаррет схватил ее. Такой человек как он был бы достаточно велик, чтобы лазить по скалам, как в тренажерном зале джунглей. Позволит ли он мне прокатиться верхом? О боже. Выбирайся из канавы, Эмбер!
Я не хочу, чтобы он был в моей постели. Даже несмотря на то, что он, вероятно, действительно хорош. Но хороший мужчина в постели не означает, что он будет хорошим соседом. Непрошеный образ того, как я присоединяюсь к одной из их ночных поездок в трусиках и жемчугах, всплывает в моем мозгу.
Остановись.
— Они горячие? — Предоставила Фоксфайр возможность читать между строк.
